На это еще накладываются разные специфические возрастные сбои, когда надо особо осторожно относиться к таким взаимоотношениям. Это три возраста взросления. Первые самые сильные и совпадают с возрастными гормональными всплесками – примерно в тринадцать лет, потом в районе ста двадцати, и третий – лет в сто шестьдесят. Как говорится, бес в ребро. Вот только не седина в бороду – до седин еще около полувека-века. Живут они, кстати, около трехсот лет. Это получается, Алиеле сейчас чуть больше ста лет, хотя взрослыми они считаются уже лет в двадцать. Ну, как взрослыми… Достаточно, чтобы заниматься чем-то на пользу обществу. Обучаются там быстро – технологии и мозги позволяют. Несмотря на то, что живут долго, рожают все же мало, но несколько детей в семье практически у всех. За триста лет трое-пятеро, по-моему, можно считать что мало.
Ну, и самое интересное, на закуску, что им еще позволяет так относительно спокойно мириться со всеми этими, с моей точки зрения, неудобствами, – низкая сексуальная активность, которая, собственно, и завязана на эту ментальную совместимость. Чем больше совместимость, тем сильнее проявляется сексуальность, больше вырабатывается нужных гормонов, больше удовольствия от жизни и радости. На этом в общем-то и завязаны основные мутки их общества. Никто не запрещает иметь семьи и рожать в отсутствие совместимости. На душе не отлично, птички не поют, но хорошо или удовлетворительно, – многих это устраивает, ибо лучшего и не ведают. Но ее наличие придает семье некий флер… избранности что ли. Или аристократичности, если брать наши аналоги. Причем семье, а не отдельному человеку. Вернее, человек возвышается через семью. Искусственное оплодотворение, дети из «пробирки», клонирование – все тоже есть, но совсем без фанатизма, причем настолько, что и упоминать не стоит.
Изредка попадаются люди с ментальной совместимостью на троих, а то и больше. Никто им не мешает заводить такие большие семьи. Хотя это все же редкость.
Мелькали смутные образы, которые я сумел интерпретировать как совсем легкий и общий исторический экскурс. Когда-то давно у веганцев на этой их особенности строились разные общественные образования – такие семьи считались высшими аристократами, и они старались все-таки находить своим детям пары соответствующие, дабы не потерять такой статус. И наоборот было – что-то отдаленно напоминающее нашу инквизицию, как раз борющуюся с такими людьми, но очень давно. Сейчас официально это ничего не значит для общества веганцев, хотя свою суть не поборешь. В общем, всякие они там.
Насколько я понял, я попался веганке именно в момент ее второго взросления, во время которого может разное случиться. В это время просто происходит очередная перестройка организма и оптимизация на дальнейшую жизнь. Узнав это, я даже засомневался, мы вообще – люди и веганцы – совместимы или нет? Ответ пришел оттуда же, из вытащенного пакета знаний. Были несколько случаев, когда веганцы брали себе мужей или жен с Земли и спокойно имели с ними потомство. Понятно, что, видимо, это были случаи с повышенной ментальной совместимостью.
На самом деле, после ознакомления со всем этим, мне стало казаться, что слово «ментальный» не особо подходит под это дело. Больше похоже на какую-то энергетическую ауральную совместимость, но пусть будет ментальная. Почему-то именно это слово, вернее аналог нашего, используют веганцы. Может, просто за ним прячется несколько смыслов? А может, просто потому, что у них основной упор по жизни идет на ментальные практики. Черт его знает.
Вот такие вот дела. Мне все это показалось несколько странным и местами неправильным, но что тут поделаешь?
– Дядь, ты куда пропал? – Катя смотрела строго и совсем по-взрослому.
– Альоно? Тьфу! В смысле? – я с трудом переключился на русский.
– До тебя уже двое суток не достучаться. Я была у тебя в доме, но не нашла тебя во всех этих комнатах, а твой Дворецкий не отвечал на вопрос, где ты. Ты в порядке?
– Извини, немного занят был, – повинился я.
– Я сделала исследовательскую работу для школы. По биологии. Но бабушка сказала немного расширить тему в сторону рекультивации земель и формирования оазисов в изначально неблагоприятных условиях. Еще Сережина мама немного помогла. Я хочу, чтобы ты посмотрел, что получилось. Можно?
Во дела…
– Без проблем, гляну. Скидывай. Хотя какой совет ты ждешь от меня – не понимаю. Я в этих науках – ни бум-бум.
Через мгновение на краю зрения биокомп, синхронизированный с УНИКом, обозначил пришедшее сообщение с ссылкой на закрытый раздел личных информационных ресурсов племяшки.
– Хорошо, чуть позже гляну.
– Ладно, я пошла – у меня занятия по аэротеннису, – сказала Катюшка и отключилась.
