— Никогда не имел склонности к этому! — Он сделал паузу, задумчиво изучая женщину. — Если ты никому не говорила об отце, значит, твои предыдущие романы не были серьезными. Полагаю, один из них был с Полом Моррелом?
Эйвери кивнула.
— Мы знали друг друга в лицо с детства, но познакомились только в Лондоне, благодаря общим друзьям. Его родителям это совсем не понравилось, поскольку моя мама была всего лишь портнихой. Не хочешь немного бренди в кофе?
— Нет, спасибо, — Джонас удобно вытянул ноги. У меня есть почти все, о чем только может мечтать мужчина. — Он посмотрел на нее. — И я не собираюсь прямо сейчас просить о большем.
— Ты относишься к тем, кто просит?
— Всегда, — благочестиво ответил он. — Мама научила меня говорить «пожалуйста» и «спасибо».
Пойми, Эйвери Кроуфорд, что, какой бы страстью я ни пылал, я не стану ничего предпринимать до тех пор, пока ты сама этого не захочешь.
Она с любопытством посмотрела на него.
— Ты уверен, что я захочу?
— Ответ положительный.
— Значит, Фрэнсис была права.
— Насчет чего?
— Она утверждала, что мужчины находят готовку очень сексуальной.
— Если считать сегодняшний ужин началом, я готов подождать.
Эйвери весело покачала головой.
— Мне бы хотелось узнать побольше о человеке, прежде чем наши отношения станут более близкими.
— Моя жизнь — открытая книга, — заверил он женщину. — Со мной, Эйвери Кроуфорд, ты получишь именно то, что видишь.
— Не уверена. Ты довольно долго секретничал, прежде чем признался в покупке земли.
— Я же говорил, что пришлось ждать, пока все будет оформлено официально. — Джонас вздохнул. — Я надеялся, что ты обласкаешь меня, но получил за все свои труды только нагоняй. Дважды, если считать и это утро.
— Я уже извинилась и даже приготовила тебе ужин в благодарность, но ласка не в моем стиле.
— Я хотел сделать предложение, которое заставило бы тебя передумать. — Джонас рассмеялся, заметив взгляд, который она на него бросила. — А вы не слишком-то доверчивы, мисс Кроуфорд!
— Возможно, но я очень любопытна. Что у тебя на уме?
— Тотализатор решил переехать. Так как ремонт будет сделан очень скоро… Как ты относишься к тому, чтобы расширить «Искусницу Эйвери» за счет упомянутого здания?
— Отличная идея! — Она умолкла, с подозрением наблюдая за ним. — Это и есть тот самый момент, когда я должна обласкать тебя?
Джонас пожал плечами.
— Это не обязательно.
Он смотрел ей в глаза, и внезапно Эйвери поняла, что лжет самой себе. Она уже нарушила все свои правила, пригласив Джонаса на ужин, и невольно оделась с целью соблазнить его — конечно, не свитером и джинсами, а комплектом кружевного белья. А он ясно дал понять, что будет ждать первого шага от нее.
Эйвери потянулась к нему, и ее губы коснулись его. Джонас мгновенно заключил ее в объятия, целуя женщину с жаром, который — Эйвери это чувствовала — все усиливался и усиливался. Ее тело вспыхнуло в ответ, когда его руки скользнули под свитер, и она растаяла от поцелуя.
Если Джонас ждал момента, когда Эйвери воспылает к нему такой же страстью, то это происходило именно сейчас. Он посадил ее к себе на колени, и она почувствовала, как напряглась его плоть. Поцелуи и ласки довели Эйвери то той стадии, когда она почти была готова сделать все, что он захочет. Но не совсем.
Эйвери быстро высвободилась и отодвинулась на край дивана. Джонас сидел очень спокойно, стиснув челюсти. Наступила напряженная тишина, и Эйвери вздрогнула, когда в камине громко треснуло полено.
Она поднялась, искренне удивившись тому, что ноги еще держат ее. Подбросив в камин поленьев, она повернулась и увидела, что Джонас стоит, протянув к ней руки. Не колеблясь ни секунды, Эйвери попала в их плен.
— Эйвери, почему ты передумала?
— Ты будешь смеяться, если я тебе расскажу.
Он нежно отбросил с ее лба кудряшки.
— А ты попробуй.
Она теснее прижалась к нему.
— Я жила очень одиноко с тех пор, как вернулась сюда. Если честно, то ты — первый мужчина, который вошел в мой дом.
— Почему же ты остановилась?
Эйвери опустила взгляд.
— У меня давно не было практики в подобных вещах. Я внезапно струсила. Кроме того, в спальне ужасный беспорядок, а ванная и того хуже… Возможно, это звучит глупо, — сердито сказала она, когда Джонас запрокинул голову и рассмеялся, — но ты сам спросил.
Джонас посадил ее на диван рядом с собой и взял за руку.
— Эйвери, нет такого мужчины, которого интересует в спальне что-либо, кроме кровати. Собственно, не нужно и этого. Пол в кабинете прекрасно подойдет.
— Существует небольшая опасность в виде камина.
— Это верно. И поскольку жара — это последнее, что мне сейчас требуется, мы останемся на диване и поговорим. — Джонас поднес ее руку к своим губам, его глаза стали серьезными. — Прежде всего, есть пара вещей, которые ты должна знать.
У Эйвери сердце ушло в пятки.
— Только не говори мне, что ты женат!
— Ради бога, Эйвери! — бросил он. — Если бы у меня была жена, я бы не сидел здесь!
— Хорошо, хорошо, — быстро произнесла она. Еще раз извини. Так в чем ты собирался признаться?
— Объяснить, а не признаться.
Эйвери свернулась клубочком в уголке дивана.
— Так объясни.
