На следующий день Ренсо забрал Кольцова и Маргариту из университета, и они пообедали в ресторане. После этого заехали за Лидой и отправились домой к Луису, где оказался никарагуанец по имени Исидоро, из батальона «Pablo Ubeda» («спецназ»). Парень прошёл подготовку в Советском Союзе и на Кубе, и с ним интересно было поговорить. Домой Кольцовы вернулись в 3 часа ночи.
В четверг вечером в «Болонье» отмечали день рождения Олега Ромашина, приехали Вартан и Колтун. Неожиданно, часов в восемь, нагрянули почти все коллеги Кольцова из Департамента. Приехали даже Хуго Мехийа и Вероника. Торжество перешло в прощальный банкет, к которому вынуждены были присоединиться и соседи по дому. Сергею наговорили массу комплиментов, речь держала даже Лида. Пили, танцевали, пели. Ну, конечно, «разговаривали». Никарагуанцы вручили в подарок резной из красного дерева набор для пива. После шумного застолья Кольцовы и итальянцы отправились к Луису «обмывать» подарок. Вернулись с итальянцами в 3 часа ночи и увидели, что кто–то из обитателей дома проткнул шину колеса машины Ренсо, оставленной у дверей…
В выходные дни Кольцовы делали последние покупки и собирали вещи. Вещей оказалось слишком много. Так что некоторые книги пришлось оставлять. В воскресенье утром зашла попрощаться Сильвия, и заехал Франсиско — Серхио со всей семьёй. Съездили в детский парк и выпили пива в баре «Tiscapa». Днём заскочил Ренсо и привёз подарки. Вечером Орлов на прощание устроил скандал и… пошёл дождь, которого ждали целый месяц
Наконец, Кольцов поверил в то, что они завтра улетают…
Самолёт Аэрофлота вновь благополучно доставил Кольцова в аэропорт Манагуа.
Почти два месяца отпуска прошли незаметно в суете и обычных ссорах с Лидой. В результате Кольцов возвращался в Никарагуа пока один. Предполагалось, что Лида вылетит позже. В Москве остановился в той же гостинице «Университетской». Предотъездная неделя прошла в нервотрёпке по поводу приобретения авиабилетов, во встречах со школьными друзьями, Аликом Литвиненко и Лёней Тереховым, которые сейчас «капрангамами» служили в Москве, один вернувшись с «дипломатической» работы из одной из европейских стран, другой — с Северного флота. В Шереметьево его привёз к полуночи Алик совсем «тёпленьким», но всё обошлось. На посадку успели. В салоне самолёта его место оказалось уже занято и Сергея отправили в «дипкласс», где было просторно и уютно. На соседних креслах он заметил знакомые лица. После взлёта он отлично поужинал с коньяком и красной икрой. Поспал до Шеннона, где в аэропорту выпил чёрного «портера». А затем над Атлантикой началась болтанка и, после царского завтрака с красной рыбой, его вывернуло (!) Настроение было испорчено. В аэропорту Гаваны проторчали 4‑е часа, но оставшиеся два часа долетели нормально.
Кольцова встречали Вартан и Гена Ермаков из ГКЭС. Они подбросили его к дому, но дверь оказалась закрытой (?). Пришлось ждать почти весь день, пока вернулись с работы мужчины. Потом позвонил Луис и приехали Ренсо с Маргаритой. Вечер провели у Луиса: ели спагетти и пили пиво. Луис, рассказал Сергею департаментские новости. Вероника сняла всех его ребят с назначенных должностей, удержалась лишь Химена. Настроение у Луиса пессимистическое. Пришлось объяснить ему, что для него должно быть главным сейчас — не его положение в Департаменте, а собственное Я в философии. Сергей очень устал. Дома сразу же уснул, но проснулся рано.
На следующий день после работы Виктор Векслер, который тоже недавно вернулся из отпуска, провёл в доме собрание и объявил о снятии Евгения Колтуна со «старшего» группы и назначении Вартана Мирзояна. Из CNES Колтуна тоже выперли. Встреча Сергея с Виктором прошла нормально, без особых эмоций.
Сергей просмотрел газеты.
