В субботу на «субботнике» в ГКЭС преподаватели вновь таскали бетонные плиты. Поспорили об их весе: 60 или 120 кг. Подняв одну из плит, обнаружили свернувшуюся в клубок большую змею, которую пришлось убить. Уставшие, домой вернулись рано. Кольцов опять пообедал в «Ronda» под шум ливня. Готовить в доме, толкаясь среди женщин на кухне, для него было неудобно. Так что его питание ограничивалось чашкой кофе утром, обедом в ресторане вечером и стаканом (чаще не одним) «хайбола» перед сном. В супермаркете он покупал только молочные продукты (если успевал) и хлеб для утренних «тостеров».
В воскресенье Кольцов побывал в гостях у итальянцев вместе с Луисом и Изабеллой. Познакомился с сестрой Марго и её «женихом», которые прилетели из Рима через Москву. Ели «спагетти» под итальянское «кьянти». Потом разговаривали до 3‑х ночи о «политическом доверии» между ними. Сергей чувствовал себя неловко. С одной стороны, он искренне любил этих ребят, прошедших тяжёлые испытания и оказавшихся в середине своей жизни без каких–либо перспектив. Он дорожил их дружбой и доверием. Он понимал, что они уважали его как «чрезвычайного посланника» той страны, которая для них являлась политическим идеалом. Но он, действительно, не мог быть с ними откровенным в полной мере. Отнюдь не потому, что чего–то боялся. Он знал, что они его просто бы не поняли, если он попытался им рассказать то, что знал и понимал. Он не мог бы им объяснить, что, на самом деле, они находились по разные стороны политических «баррикад», и что его страна — это отнюдь не тот «социалистический рай», которым они её себе воображали. Он просто не имел морального права разрушить тот миф, вера в который однажды и безвозвратно изменила их благополучную жизнь. Они, безусловно, чувствовали эту недоговорённость, но воспринимали её как «недоверие»…
Разговор зашёл о «сенсации» последних дней, о «разгроме» Вольфганга и Пако Фьерро на Социологическом коллоквиуме. Немецкий коллега готовился к этому коллоквиуму, проигнорировав Кольцова, и привлёк Пако, который имел слабое представление о социологии. И вот результат, который явно был сильным ударом по репутации амбициозного немца. Он уже несколько дней не появлялся на работе. Вероника провела совещание Департамента по поводу «провала» на Коллоквиуме и заявила: «новую команду мы будем формировать без солдат, потерпевших поражение».
Вечером во время уборки комнаты неожиданно Сергея прихватила поясница. Он решил, что это радикулит. Боль не отпускала несколько дней. С ней он ездил на работу и проводил встречи. Дома отлёживался и читал книгу Стэна (перевод с англ. на исп. язык) «Бухарин. Политическая биография, 1988–1938». Очень интересная книга!
Между тем газеты сообщали:
