Наш путь пролегал через небольшую, молоденькую берёзовую рощу. По дороге мы обсуждали прекрасную погоду и природу. Не скрою, Сабрина Де Фройне, несмотря на своё искусственное происхождение, понравилась мне. В ней было гораздо больше живой, человеческой души, чем во многих настоящих девушках, которых я знал. За свои почти пятьдесят лет жизни я ни разу и не женился. Ни в одной девушке я так и не смог найти ту любовь и ласку, которая необходима каждому человеку. Эти гламурные пустышки, называющие себя девушками, просто не могли её дать. Всем были нужны лишь деньги. Серьёзные отношения тогда были не в моде, а позже я вообще перестал кого-то искать. Без любимого человека мы становимся чёрствыми и грубыми. Повлияло ли это на меня? Безусловно. Я стал не таким внимательным к людям, а это крайне плохое качество для представителей моей профессии. Наверное, лишь она и уберегла меня от окончательного развала моей души, моей человечности.
Вскоре мы прошли рощу и вышли на протоптанную тропу, пролегающую между старых сосен и заросшую по краям высоким папоротником.
– Вот и тропа, – остановилась Сабрина. – Идите по ней и никуда не сворачивайте. Примерно через версту вы выйдите на большую протоптанную дорогу. Она соединяет деревню Кейтер и город Тристен. Если свернёте с тропы направо по дороге, то попадёте в деревню. До неё не меньше трёх вёрст пути. Повернёте налево – пойдёте к городу, но туда я вам пока идти не советую. До него идти пятнадцать вёрст и путь ваш будет пролегать через Лихолесье. Там водятся разбойники, которые часто нападают на прохожих.
– Ещё раз вам огромное спасибо, Сабрина, – взял и поднёс её руку к своим губам. Не знаю, зачем я так сделал. Наверное, просто потому, что мне всегда нравился этот красивый, но безнадёжно устаревший и всеми забытый жест. Да и потом, мы же в средневековье, верно? Наверняка тут так принято. – Вы сказали, что это не последняя наша встреча. Если так, то я буду ждать её.
Я уже развернулся, чтобы уходить, как вдруг девушка схватила меня за руку. Я повернулся и посмотрел в её опечаленные глаза, которые тронули меня до глубины души. Мне захотелось остаться, но разве я мог?
– Подождите. Я бы хотела вручить вам ещё кое-что. На память о себе.
Она достала из-за пояса прямой кинжал, вложенный в ножны, и вручила его мне. В его рукоять, сделанную из кости, были вставлены несколько зелёных самоцветов, цвета глаз Сабрины.
Я, честно признаться, был очень тронут щедростью этой девушки. Жаль, что я ничего не мог дать ей взамен.
– Этот ритуальный кинжал принадлежал ещё моей бабушке, а потом матери. Теперь он мой, и я дарю его вам. Пусть он сослужит вам лучшую службу, чем мне. Пока он будет у вас, глядя на него, вы всегда будете вспоминать о девушке с рыжими волосами, сбежавшей от людей в домик на болоте. До свидания и будьте осторожны, НикДорф, – она подошла ко мне вплотную, и легонько поцеловала в щёку.
Девушка резко развернулась, сошла с тропы, и побрела обратно в рощу, к своему дому. Я даже не успел ничего сказать ей. Да и нужно ли было? По-моему, всё было ясно без слов. Я, повесив голову, пошёл по тропе, куда указала мне Сабрина. Мысли о ней занимали всю мою голову. Я даже на время забыл, зачем и как вообще тут оказался. Встречусь ли я с ней снова? Вряд ли. Я не собираюсь стоять на месте, а намерен двигаться дальше. Она же привязана своими алгоритмами к одному лишь единственному домику посреди болота. Я хорошо помню её слова про то, что не стоит загадывать судьбу наперёд. Она права. Я тоже не буду этого делать.
