— Ой, что я говорю. Какая камера! Это же ведь ошибка, его должны выпустить немедленно.
Она наморщила лоб.
— Что говорил следователь? Из-за чего его обвиняют?
Славка затряс головой.
— Я ничего не понял из их разговора.
Обнял её за плечи.
— Поедем в отделение, может что-то выясним. Стадион давно опустел. Все болельщики, с жаром обсуждая прошедший бой, разошлись по домам и с нетерпением ожидали завтрашнего вечера, делались ставки, заключались пари…
Машина Славки одиноко стояла на стоянке. Они спешно перешли пустынную площадь. Машина взревела и выехала на автостраду. Лена, склонив голову, застыла в раздумье. Но не надолго. Резко подбросив голову, испугала Славку. Он нажал на тормоза, завизжали колеса.
— Стой, Славка, стой!
— Что?
— Я вспомнила. Куртка. Он сказал, что во всем виновата она. Но он же действительно ее за день до этого порвал и закинул её в кусты. Я как сейчас это вижу. А мы впопыхах совсем забыли про неё. Давай, Славка, гони на дачу.
Машина, противно визжа резиной, развернулась на дороге, оставив черный след.
Во всем трехэтажном здании городского отделения милиции горел свет только в двух местах. В коридоре, в дежурной части и в окне второго этажа, где располагался уголовный розыск. Это был кабинет Грозного. Хозяин кабинета, потирая раскрасневшиеся глаза, и отхлёбывая из большого граненого стакана крепчайший кофе, листал сводку происшествий. Ресницы слипались внимание рассеивалось. С трудом ему удалось сконцентрировать внимание на одном сообщении нa первый взгляд, казавшимся, хулиганского характера.
«… применение неизвестного газа (по всей видимости из газового баллончика) в помещении церковной сторожки. В результате чего пострадал сторож церкви. Такой-то, такой-то.»
Он пробежал глазами ещё раз эту строчку.
«По всей видимости хулиганские действия каких-то подростков. Проверяли действия баллончика. Этот вывод сделан на основании осмотра места происшествия, — он опять пропустил фамилию и читал дальше, — не было замечено никаких повреждений замков, из помещения не пропало никаких ценностей.
О случившемся сообщила служка церкви Осипова О.И., пришедшая с утра на службу и обнаружившая сторожа, лежащего в бессознательном состоянии.»
Степан задумался. Он не знал, почему его взгляд остановился именно на этом сообщении, но почему-то интуиция подсказывала ему, что это именно то, что ему нужно.
«Крок был убит из-за какого-то дипломата. А что в нем лежало? Деньги? Вряд ли. Ограбление не могло произойти так не заметно. Да, Крок в последнее время вел себя очень тихо. Никуда не выезжал, нигде не светился. А если из церкви что-то все же пропало, то это значит что всё очень хорошо прикрыто Видно, что к этому хорошо готовились. Но Крок ведь специалист по рэкету? Может перепрофилировался? И почему из церкви не было замечено пропажи? Много вопросов, а где ответы?»
Раздался телефонный звонок. Грозный сорвал трубку и недовольно буркнул:
— Слушаю!
Говорил дежурный:
— Степан Андреевич! Туг к вам двое просятся: девушка и парень. Говорят, что у них что-то важное по поводу дела Крока. Что делать?
Грозный посмотрел на часы. Уже полтретьего.
— Пусти их!
Положил трубку. Отхлебнул кофе. Достал сигарету. Прикурил. В коридоре послышались торопливые шаги, а затем стук в дверь.
— Можно?
— Да, войдите.
На пороге появились двое. Степан узнал в них спутников Стрельцова. Первым стоял парень. Из-за его спины выглядывала девушка.
— Проходите, садитесь.
Он указал им на стулья перед столом. Девушка вышла вперед. Степан с удовольствием окинул взглядом её ладную фигуру и затормозился на руке. В ней она держала серебристую куртку:
— Что это?
Он кивком головы указал на куртку. Лена остановилась.
— Насколько я понимаю, это именно то, из-за чего был арестован Свят. Посмотрите, он действительно порвал её и закинул в кусты.
Серебристая куртка легла на стол. Степан покрутил её в руках. Действительно на спине зияла огромная дыра и болтался лоскут от неё. Он достал свой кусочек материи. Примерил, хотя и так было ясно, что он никуда не подходит, Степан откинул всё о сторону.
— Да! А откуда я знаю, что это именно его куртка?
