— Я их пригласил, — ответил Люк, появившись рядом со мной неожиданно, что заставило меня подпрыгнуть, тем более он брызнул холодной водой на меня.
— Надо же, — ответила Бетани, скорчив кислую мину.
Эта девушка могла скорчить такое лицо, будто у нее хорошо получалось посасывать лимоны.
— Достаточно, Бет, — отрезал Вон, сделав шаг прочь от нее и нахмурившись. — Думаю, тебе следует найти своих друзей и оставить в покое Эйприл и Харпер, пока я не потерял самообладание и не послал тебя.
— Давай, проваливай! — засмеялся Люк над ней и, по какой-то странной причине, мне на самом деле стало жаль Бетани. Ей было больно, и она явно смущена из-за произошедшего, откровенно говоря, я тоже. Но все же я не чувствовала себя достаточно сильной для того, чтобы остановить ее разбитый в пух и прах уход. Вид ее удаляющейся спины было благодатью в большей степени, чем мне того хотелось.
— Так что, хочешь выпить? — снова спросил Вон, на этот раз не так нахально, что делало все только хуже.
— Думаю, Люк может показать нам бар, — Эйприл сделала шаг вперед и взяла меня за руку. — Мне необходимо остыть, прежде чем я кого-нибудь покалечу.
Картер снова засмеялся и улыбнулся ей своей модельной улыбкой. Хотя мой план не включал в себя принятие решения, результат не мог быть более идеальным. Картер Уэлш абсолютно точно заинтересовался ею.
— Когда остынешь, найди меня, — ответил Картер, и я почувствовала, как она сжала мою руку. Я не смогла сдержать свою улыбку.
— Дай ей пять минут и сможешь найти ее сам, — сказала я, шокировав всех вокруг. Картер Уэлш привык, что девушки бросались к нему на шею. Ему стоило понять прямо сейчас, что моя кузина выше этого, даже если ей хотелось так сделать. Я повернулась и потянула ее к дому, пораженная своим дерзким поведением.
— Что за странная хрень? — хрипло зашептала она мне в ухо, и я оскалилась, зная, что камера отображала наш горячий уход.
— Не оглядывайся назад, и, обещаю, ты заполучишь его в свои сети еще до того, как допьешь следующий бокал.
— Да, чёрт возьми! — присвистнул Люк, поравнявшись с нами. — Вы, женщины, знаете свое дело.
— Что он сказал? — спросила я, желая также сильно, как и Эйприл, обернуться и посмотреть, смотрят ли они на нас ещё.
— Да, что он сказал? — Эйприл звонко прервала, и я захихикала над небольшим визгом в ее голосе.
— Слова были таковы:
— О, мой бог, — выдохнула она.
— О, мой бог. Да, Эйприл, просто дыши и контролируй себя. Этому парню определенно нравится то, что ты не собираешься его соблазнять. Позволь ему самому прийти к тебе, — сказала я ей.
— И что дальше? — торопила она.
— Да, и что дальше, «Доктор Любовь»2? — проворковал Люк, но он был заинтригован так же, как и Эйприл.
— Будь собой.
Она замерла и усмехнулась.
— И это все? Быть собой?!
— Да, как насчет подразнить его? — Люк пялился на тело Эйприл и ухмылялся. — Окей, это мы вычеркиваем из списка.
— О боже, о боже, о боже, — повторяла она, не оставляя мне выбора, кроме как схватить ее за плечи и обнять.
— Прекрати сходить с ума. Это ты показала ему, насколько крута и сексуальна, я лишь выманила его, и теперь тебе осталось только привлечь его к себе. Окей?
Она обняла меня крепче, и я почувствовала влажное горячее тело Люка, который обнимал нас обеих.
— Вот так, леди, делимся любовью. Это было моей мечтой, с тех пор как я стал мужественнее, и моя мошонка достигла полового созревания.
— Фуу, — выдала я, смеясь и вырываясь, а Эйприл достаточно сильно хлопнула его по голой груди, заставив парня кричать от боли и смеха. Люди пялились на нас и это меня могло бы беспокоить, но в именно этот момент я понимала, что жизнь слишком коротка, чтобы не наслаждаться ей. Даже если она омерзительна.
Я оставила Люка и Эйприл вместе, направившись в ванную, подобную ванной комнате Краун Плаза. Не то чтобы я там была, но вы меня поняли. Ванная была больше, чем моя спальня, и, очевидно, это гостевая ванная комната, так что я бы не хотела — или мечтала — увидеть размер хозяйской. Дом был пуст, хотя музыка была такая громкая, что отдавала в крышу. Я спустилась в стеклянный холл, разглядывая холм высокой травы, раскачивающейся на ветру. О, нет! Тут я налетела на кого-то.
— Притормози-ка.
— Ой, простите, — я никогда не встречала этого мужчину, но готова поклясться, что он — отец Вона. Та же наглая улыбка, сияющие карие глаза и довольно широкая грудь.
— Мне правда жаль. Я не смотрела, куда иду.
Не знаю, что произошло, но что-то заставило его измениться в поведении, и он перестал напоминать своего сына. Его взгляд потяжелел, глаза сузились, и он будто изучал меня, очевидно не одобряя девочку-подростка в своем доме.
— Типично, — сказал он, будто втоптав меня в грязь, и я вздрогнула.
— Простите, — продолжила я говорить.
На самом деле я хотела остановиться, но слова лились из меня, несмотря на то, что они ничего не значили и звучали слишком нелепо. Я осознавала все это, но все, что я могла сделать, это только извиняться и надеяться, что мужчина отошел бы в сторону, и я смогла бы убраться отсюда подальше, что, я была уверена, он тоже бы предпочёл.