– Он неплох исключительно по эту сторону двери, – фыркнула я в ответ.
– Я имел в виду, что у этого места в целом очень приятная аура. Особенная.
Теперь, при наблюдении со стороны, мне частично становилось понятно, как умело он всех очаровывал. Мягкий тон голоса, располагающая полуулыбка, этакая поволока в глазах, никаких тебе хищнических замашек с шаганием не в то пространство и с мгновенным раздеванием.
– Запах тоже особый, – пробурчала я и подвинула лягушку на край стойки, – ваш заказ готов.
– Так быстро?
Посол приблизился и взял кулон, поворачивая и придирчиво рассматривая с разных сторон, затем с чувством нажал на скрытую кнопку, и лягушка радостно проквакала в прежней тональности, так напоминающей о свидании с Аданом.
– Господин Радъярдаян! Она квакает точь-в-точь как раньше! Вот министр обрадуется!
Я искренне восхитилась умением брата без запинки произнести длинное имя посла. А короткое имя у него есть?
– Наверняка, – повесив лягушку обратно на грудь, согласился посол. Но вот намек на усмешку, быстро спрятавшийся в уголках его губ, навел на мысль, что слова Эрика следовало толковать как-то иначе. Даже стало интересно, а отчего, собственно, сломалась моя лягушка. Я уже хотела открыть рот и спросить, когда индигиец развернулся всем корпусом и высыпал на прилавок неприличное количество монет. Вся эта кучка заблестела, переливаясь в лучах падавшего в окно солнца, но я решительно отделила от нее десять кружочков, а остальное подвинула обратно:
– Слишком много.
– Много? – На лице мужчины отразилось искреннее удивление.
– Мне лишнего не надо. – Я ссыпала честно заработанное в коробку, показательно игнорируя остальные монеты. – Всего хорошего. Сломаете снова, даже не вздумайте приносить. Не возьмусь.
– У вас интересный подход.
– Какой есть, – ответила я, ощущая, что уже начинаю уставать от мужской внешности. В ней было некомфортно: все мешало, чесалось, выпирало не там, где привычно, и вообще хотелось поскорее обратиться Сабриной.
– Я, кажется, понял, отчего возле вашей двери не толпится очередь из клиентов, в отличие от лавки напротив.
По больному ударил, мерзавец. Еще и последнее слово попало в цель, поскольку, когда Эрик открыл послу дверь, я услышала характерный звон кассового аппарата из кукольного домика. Мне досталась дежурная улыбка, мужчине – выразительный оскал, а затем раздались довольные восклицания: «О, господин посол, какая встреча! Наконец-то вы приехали! Как вам городок?»
Дверь уже затворялась, когда послышался ответ: «Я пока мало где был, но вот эта лавка…» – а дальше хлопок, и фраза так и не прозвучала до конца. Наверняка сказал гадость в отместку за грубость.
Ну и конечно, день, начавшийся с кофе от Адана и продолжившийся лягушкой от посла, никак не мог завершиться чем-то приятным вроде спокойного вечера за чтением книги. У меня их теперь было целых пять штук, по две монеты за экземпляр. Честно выменяла в книжной лавке за починку печатного станка. Плохо пропечатанные копии последних столичных новинок, вряд ли попавшие в лавку законным путем. Подозреваю, экземпляры копировались местной типографией, соседствующей с книжным магазинчиком и библиотекой. Поскольку зданием, объединившим все три учреждения, владел один хозяин, а ремонт требовался срочно, то я быстро смекнула, что на руки мне выдали исключительно пиратские копии. Завершилась починка печатного станка извлечением из его недр застрявших листов еще одной новинки, о выходе которой я слышала практически перед самым отъездом из столицы. Однако на вопрос «А это законно?» хозяин с честными глазами ответил: «Абсолютно! У меня есть контракт на поставку в наш книжный последних печатных изданий из столичного магазина». После столь искреннего ответа все встало на свои места. Купи один экземпляр, откопируй сотню бесплатно – было вполне в духе Кончинки. Наверняка и Энис, заказывавшая ремонт книжного пресса, подрабатывала именно в местной типографии переплетчицей.
Однако все это, по сути, совершенно не влияло на содержание книг и приятное времяпрепровождение в компании одной из них и ароматной чашечки чая. Но стоило устроиться на широком подоконнике, недавно превращенном мной в отличное место отдыха с мягким сиденьем и парой подушек, как в дверь постучали.
Прокравшись на цыпочках, точно вор, пролезший в чужой дом, я осторожно выглянула из-за занавески и обнаружила на крыльце Адана. Тот стоял, прислонившись плечом к моему косяку. Недоумевая, что вновь могло понадобиться после столь неудачного утреннего кофепития, я пригладила волосы и юбку и отворила дверь.
– Добрый вечер, Сабрина.
Я посмотрела на противоположную сторону улицы, ожидая снова увидеть в окне королевишну, и так удивилась ее отсутствию, что вместо обычного ответа на приветствие выпалила:
– А где Риана?
Адан проследил за моим взглядом, обшаривавшим дом с темными окнами, и удивленно уточнил:
– Почему ты спрашиваешь?
Я пожала плечами:
– Привыкла, что вы постоянно вместе.
