– Девочки! – фыркнула Света. – На свет вот-вот появятся две новые жизни, а вы решили отношения выяснять?
– Да, потому что другой возможности нам не представится! – бросила я в ответ. – Только представь, что я чувствовала, когда эта пузатая бессовестная девица закатилась в мою квартиру колобком черт возьми!
– Я не знала, что ты вернулась… А как узнала, сразу сказала Роберту брать билеты и лететь сюда…
– А если бы я осталась в Мумбаи, то узнала бы о том, что ты мамочкой стала лет так через пятнадцать?!
– Николь…
– Замолчи и тужься, Мила!
– Николь…
– Надеюсь, своей маме ты не забыла сообщить, что она станет бабушкой?
– Я так люблю тебя, Николь! Так люблю…
– А я люблю вас обеих! – зарыдала Ева не то от боли в руке, не то от трогательности момента.
– Ради всего святого, Николь! – обратилась ко мне Света. – Скажи ты ей, что любишь её и не держишь обид, потому что она думает о тебе, а не о своих детях! Мы рожаем раньше срока, девочки! Будьте серьезнее!
– Я люблю тебя, мамочка ты наша, – засмеялась я, увидев на её уставшем и влажном лице улыбку. – Давай уже, знакомь нас с малышами!
Мила заплакала и её круглое лицо исказила болезненная гримаса. Болезненная, но чертовски уверенная.
