Из всего вышесказанного можно сделать совершенно очевидный вывод.
Правительство, государственная служба здравоохранения, NICE и фармацевтические компании либо проводили клинические исследования, либо не проводили. И если ответ «да», то почему им так сложно предоставить информацию о проценте успешных результатов тем людям, которые заинтересованы в их продукции? Откуда столько сомнений и секретности?
Медицинский бизнес не самый честный. Все методики борьбы с курением прошли клинические испытания, но большинство из них — разумеется, именно те, данные о которых широко публикуются, — финансировались самими фармацевтическими компаниями. Они платят врачам, которые проводят эксперименты, они устанавливают, что именно нужно исследовать и что должно иметь успех и т. д., а затем платят миллиарды долларов из рекламного бюджета за публикации наиболее подходящих для них результатов.
Большинство обычных людей и представить себе не могут, как выглядит миллиард долларов, не говоря уж о том, что можно на него купить. Марсия Анжелл, бывший редактор уважаемого всеми журнала
Став сотрудником отдела социальной медицины в Гарвардской медицинской школе, она проверила, куда идут деньги от доходов фармацевтических компаний. Итак, на исследования и разработку новых лекарств выделялось меньше всего — 14 %; прибыль составляла около 17 %. Самая большая сумма выделялась на нужды маркетинга и администрирование — столько же, сколько на две предыдущие цели вместе взятые — 31 %. Остальное расходовалось на производство, распространение и т. п. В 2005 году прибыль фармацевтических компаний составила 600 миллиардов долларов, из которых чуть меньше половины приходилось на Соединенные Штаты. А это значит — если я еще не разучился считать, — что каждая компания тратила в год около 186 миллиардов долларов, или 98 миллиардов фунтов стерлингов, на маркетинг и администрирование, из которых более половины шло на самый свободный в мире медицинский рынок.
Большинство этих денег тратится на маркетинг. И что же мы приобретаем? Прежде чем ответить на этот важный вопрос, стоит посмотреть на это количество денег с точки зрения перспективы. Генри А. Воксман, член демократической партии, сделал это, написав в журнале
На подобную рекламу тратится больше средств, чем на то, чтобы научить врачей объективно их оценивать. Этим объясняется мое большое разочарование, которое постигло меня в Пекине, где мне предложили выступить с докладом, но никто не захотел меня слушать. Ричард Хортон, редактор британского медицинского журнала
Он называет маркетинговую миссию фармацевтических компаний операцией по отмыванию информации. Вот как это работает: «Фармацевтическая компания спонсирует научное собрание. Докладчикам предлагается рассказать об определенном продукте, за что им платят существенную сумму денег (несколько тысяч фунтов), — рассказывает он. — Рекламный отдел фармацевтической компании записывает это выступление и делает на его основе статью для публикации, обычно в виде части доклада на симпозиуме. Потом эту статью дают издателю медицинских журналов, за что платят ему сотни тысяч фунтов стерлингов. Затем издатель ищет журнал с хорошей репутацией, чтобы тот опубликовал статью, основанную на результатах симпозиума».[21]
