Я обомлела. На моей спине, вдоль позвоночника, тянулись ряды черных чешуек, которые доходили аж до затылка. Красивые! Я аккуратно покрутила туловищем - они начали красиво переливаться на солнце. Окончательно осмелев, я поднесла руку к затылку - хотелось их потрогать. На секунду поколебавшись в нескольких миллиметрах от чешуи, я все же легонько прикоснулась к ней подушечками пальцев. На ощупь они были приятные - гладкие, прохладные, словно драгоценные камни, только вот края их были острыми. Все вместе они образовывали у меня на спине простой повторяющийся узор, напоминающий сетку. Интересно, я дальше вся такая буду?
- Эд, а как это убрать?- внезапно стукнуло мне в голову. Не буду же я все время так ходить!
- А вот никак, пока полностью не превратишься,- сочувственно ответил Эд. Он уже убрал зеркала, увидев, что я насмотрелась. Теперь же сам аккуратно проводил рукой по моей чешуе. Я вся напряглась. Неприятно мне! Но сказать это я побоялась.
- То есть мне непонятно сколько времени гулять в таком виде надо будет?- я обреченно застонала. Почему именно я? Да, она красивая, но это же не повод все время быть в ней!
- Ты совершенно права, моя дорогая,- усмехнувшись, он, наконец, опустил мою рубашку и вернулся на то место, где он раньше сидел. И опять это обращение - 'дорогая'. Сколько можно?
- Не называй меня так!- не сдержавшись, грубо ответила я. И тут же прикрыла голову руками, оставив щель для того, чтоб наблюдать за реакцией Эда. Но, слава всем известным богам, он лишь улыбнулся! Я медленно опустила руки на колени.
- Уже лучше. По крайне мере, почти сразу додумалась, что ляпнула что-то не то. Теперь осталась лишь малость - научиться сначала думать, а потом уж делать,- толи в штуку, толи в серьез прокомментировал он.- А вот называть тебя буду так, как хочу!- уже более грубо добавил он, так, что спорить сразу расхотелось. Дорогая, так дорогая...
- Точно нельзя убрать это раньше?- жалобно спросила я.
- Точно-точно,- уже ласковым тоном ответил он. Эхх! Говорит со мной так, как с маленьких ребенком. А возразить я не могу - себе дороже...- Будем проезжать мимо какого-нибудь поселка - куплю тебе книгу с описанием рас. Там все подробно будет описано. Ты ведь умеешь читать на темном языке?- дождавшись моего утвердительного кивка, он продолжил:- Вот и отлично! А теперь меня интересует опять же твоя спина. Что с ней делать будем? Я вылечить могу, но будет очень и очень больно во время лечения, а потом пройдет совсем. Целитель из меня не ахти, боль по время лечения заглушать не могу. А можем в ближайшем поселке заскочить - там наверняка будут приличные лекари. Но ехать туда сутки и на лошади. 'Приятные' впечатления от этой конной прогулки я тебе гарантирую,- сочувственно улыбнувшись, договорил Эд и стал ждать моего решения.
- А если ты сейчас вылечишь, то совсем-совсем пройдет?- начала выпытывать я информацию.- И насколько больно будет?
- Совсем-совсем пройдет, дорогая,- все тем же приторно ласковым тоном терпеливо отвечал он на мои вопросы.- Ты все еще помнишь, как больно было при падении? Да? Так вот, будет в несколько раз хуже все.
Я задумалась. На лошади я и получаса не выдержу, нечего тут про сутки говорить! Так что пока я больше склонялась к лечению Эдом. Разве что не хотелось опять боли. И что же делать?
Помучавшись еще пару минут, я решила:
- Давай ты вылечишь мне спину.
Он кивнул и тут же встал с земли. Аккуратно обогнув костер, он подошел ко мне и быстро подхватил меня на руки. Через пару секунд я опять оказалась лежащей в том же положении, что и проснулась, носом вниз, и опять без рубашки. Ладно, на этот раз Эд не извращенец, сейчас он - целитель!
В рот мне, без моего разрешения, впихнули какую-то тряпку. Надеюсь, чистую! Прикрыв глаза и глубоко дыша, я стала ждать.
Сначала я ничего не почувствовала. Боль пришла неожиданно. Я сильно впилась зубами в тряпку и глухо застонала, из глаз хлынули слезы. Попыталась было дернуться в сторону, сбежать от этой ненавистной боли, но не смогла. Меня обездвижили. Все, что оставалось мне делать - это лишь плакать, стонать и терзать ту тряпицу. А боль то уходила, то приходила заново с новой силой и в новом месте. Бывали такие долгие затишья, что я уже стала надеяться, что это все. Но, увы, муки продолжались. Я совсем потеряла счет времени, а после нескольких таких долгих перерывов между приступами боли, я уже перестала надеяться, что когда-то это кончится.
Во время одного затишья мне откуда-то издалека, будто я была не в своем теле, послышалось:
- Все, Никс. Все.
Какое все? Мне до сих пор больно. Очень больно. Слезы все еще текли, голова ужасно гудела. Я ничего не могла нормально воспринимать.
Внезапно тряпка из моего рта куда-то исчезла, а я оказалась прижата к чему-то теплому и меня потихоньку начали убаюкивать.
- Тссс, тихо, тихо... Все закончилось,- шептали мне на ухо это и множество всяких прочих приятных любой девушке мелочей.
Боль постепенно уходила, слезы прекращались.
Вскоре я уснула. Мне было тепло, но как-то неуютно...
Никта
