– Наташа, завтра утром я буду у Матвея в больнице. Если что-то надо, не стесняйтесь, приготовьте мне список всего необходимого. Ладно?
Выяснив адрес больницы, отделение и номер палаты, в которой находился Матвей, он попрощался с Наташей и тут же набрал номер Сотина.
– Егор Сергеевич, прошу прощения за поздний звонок, у нас ЧП, – ровным голосом проговорил он. – Сегодня вечером Матвея Кравчука порезали возле его дома.
– Что-что? Какого Матвея? – видимо, спросонья растерянно пробормотал Егор. – Подождите, это того, у которого растяжку у двери установили?
– Да, его! Завтра утром я еду к нему в больницу.
– Вот же чёрт! У вас есть какие-нибудь соображения, что происходит? – уже придя в себя, спросил Сотин.
– Пока нет, но, надеюсь, завтра что-нибудь выясню. Жена видела, как всё произошло. Постараюсь с ней завтра переговорить.
– Хорошо. Держите меня в курсе
Леонид прямо в одежде улёгся на кровать, скрестил руки на груди и закрыл глаза, пытаясь заглушить клокочущую в груди ярость. Теперь, после очередного покушения на Матвея, было очевидно, что растяжка – это не случайность или чья-то ошибка.
В десять часов утра он подъехал к больнице. Поплутав среди корпусов, он наконец нашёл нужное отделение и медленно пошёл по коридору, вглядываясь в номера палат на дверях.
– Мужчина, вы как тут оказались? – послышался сзади строгий громкий женский голос.
Леонид повернулся. Перед ним стояла немолодая бойкого вида женщина в белом халате. На нагрудном кармане болтался беджик с надписью: «Сестра-хозяйка Авдеева Н. А.».
– Я ищу Матвея Кравчука, – произнёс он.
– Время посещения больных – с семнадцати до девятнадцати, – строгим голосом произнесла женщина.
Недолго размышляя, Леонид достал тысячу рублей и сунул женщине в карман халата.
– Мне надо срочно с ним переговорить. Это буквально на пару минут.
– Ладно, – тут же смягчилась сестра-хозяйка. – Это там, вторая палата слева. Только быстро, пока другие больные на процедурах и начальник отделения с планёрки не вернулся, – проговорила она и, резко развернувшись, с деловым видом быстро зашагала куда-то по коридору.
Брюсов нашёл нужную палату и вошёл. Три койки были пусты. Видимо, больные действительно отправились на процедуры. Возле четвёртой сидела Наташа и кормила с ложечки супом лежащего Матвея. Правая половина лица у него была скрыта под белой повязкой с проступающей жёлтой мазью. Обе руки, лежащие поверх одеяла, тоже были полностью перебинтованы.
В памяти не к месту всплыло тревожное воспоминание. Солнце, бьющее в глаза, серпантин горной дороги, крутой поворот, «Волга», еле ползущая по ухабам, и фигура с автоматом, словно в замедленном кадре появляющаяся из-за валуна. Отогнав пугающую картину, он решительно прошёл к кровати Матвея.
– Всем привет! – произнёс Леонид и выдавил из себя бодрую улыбку. – Как дела?
– Нормально, – криво улыбнулся Матвей.
Наташа смахнула слезу и отвернулась.
Брюсов поставил на тумбочку пузатый пакет с продуктами и уселся на свободный стул рядом с Наташей.
– Так что произошло? – спросил он.
– Да фигня какая-то! Я ничего не понимаю! – слабым голосом проговорил Матвей. – Вечером после работы спокойно шёл домой. У подъезда слышу позади быстрые шаги. Поворачиваюсь – ко мне бегут два здоровых амбала. У обоих в руках ножи. Я кричу им: «Мужики, вам что надо? Вы в своём уме?» А им всё пофиг. Давай в меня тыкать ножами. Хорошо, у меня была сумка с ноутом. Я ею как щитом прикрывался. Но всё же они меня несколько раз достали. Я сначала подумал, что просто чем-то ударили, а потом смотрю, а я весь в кровище, и только тогда боль почувствовал. А тут вдруг слышу, Натка кричит, как сумасшедшая. Я сначала испугался, подумал, что на неё тоже кто-то напал. Но оказалось, что она просто была на балконе и всё видела. Эти амбалы, как услышали её крики, так сразу и свалили.
– Вы раньше их не встречали? – спросил Леонид, взглянул сначала на Наташу, а затем на Матвея.
Они отрицательно покачали головами.
– Нет. Хотя… Если честно, я их даже толком не разглядел, – произнёс, поморщившись, Матвей. – Помню лишь, что оба были здоровенные. Возраст – лет сорок… Один в бейсболке. А у второго шрам на губе. То ли на нижней, то ли на верхней. Не помню, – добавил он и перевязанной рукой коснулся пластыря на щеке.
– Из-за деревьев всё было плохо видно, – шмыгнув носом, произнесла Наташа. – Я только слышала, что Матвей что-то кричит, и видела, что вокруг него два здоровых мужика бегают. Но я их толком сверху не разглядела.
– К вам в ближайшее время придут из милиции. Вы постарайтесь досконально вспомнить, как всё произошло, – проговорил Брюсов.
– Я на минутку, – всхлипнув, произнесла Наташа, вытерла опухший нос платком и быстро вышла из палаты.
Леонид проводил её сочувственным взглядом и повернулся к Матвею.
– Так, расскажи-ка мне вот что. Что у тебя на работе происходит? – строгим голосом спросил он.
Матвей нервно заёрзал на кровати и настороженно произнёс:
– Вы о чём?
– Обо всём, – многозначительно усмехнулся Брюсов.
Матвей нахмурился, и его глаза тревожно забегали под пристальным взглядом Леонида.
