Самолёт приземлился в аэропорту Домодедово в пять тридцать утра. Леонид достал с полки свою кожаную сумку. В командировки он предпочитал летать без багажа. Поэтому быстро вышел из здания и зашагал к платной стоянке, пытаясь вспомнить, где оставил машину. Несмотря на ранний час, на улице уже было по-летнему светло. Машина обнаружилась совсем недалеко, и через час с небольшим его чёрный БМВ уже остановился во дворе старого дома на Патриарших прудах. Леонид поднялся в свою квартиру, быстро принял душ, поставил будильник на двенадцать часов, с блаженством вытянулся на кровати и мгновенно уснул.
Из глубокого сна его безжалостно вырвал звонок телефона, лежащего на столе. Тихо чертыхаясь, Леонид протянул руку и взял телефон. Номер был неизвестный.
– Слушаю, Брюсов! – раздражённо буркнул он.
– Леонид Владимирович? Городская прокуратура, старший следователь по особо важным делам Воронов Пётр Михайлович. Я хотел бы с вами встретиться в ближайшее время.
– По какому поводу? – недовольно произнёс Леонид.
– А вы не догадываетесь? – усмехнулся Воронов.
– Даже близко не представляю.
– Вообще-то вся Москва второй день гудит. А вы руководитель службы безопасности крупнейшей сотовой компании и даже не догадываетесь, зачем я вам звоню? – уже откровенно посмеиваясь, произнёс Воронов.
– Послушайте, Пётр Михайлович, я в пять часов утра прилетел из Красноярска и планировал ещё полчаса спокойно поспать. Поэтому давайте по существу, – раздражённо произнёс Брюсов.
– А с какой целью вы ездили в Красноярск и как долго там были? – с нотой разочарования в голосе задал вопрос Воронов.
– Служебная командировка. Четыре дня, – коротко доложил Леонид.
– Хорошо. Вам знаком Арсентий Павлович Зорин? – сухо спросил следователь.
– Да, я десять лет проработал в «Телефорварде», пять из которых был генеральным директором, а Арсентий Павлович как собственник компании был моим руководителем. А в чём, собственно, дело? – спросил, всё больше закипая, Брюсов.
– Вы можете сказать, когда вы видели его в последний раз? – словно не расслышав вопрос, продолжил наседать Воронов.
– Могу сказать с точностью до минуты, но не буду этого делать, пока вы не объясните, в чём дело. Или вызывайте повесткой, – холодно проговорил Брюсов.
– Хорошо. Позапрошлой ночью Зорин был убит в своём загородном доме.
– Что-о-о? – Леонид резко сел на кровати. Остатки сна мгновенно улетучились. – Как это произошло?
– Мне странно, что вам, его бывшему коллеге, никто об этом не сообщил.
– Мне тоже, – огрызнулся Брюсов.
– А теперь, будьте добры, сообщите наконец, когда и при каких обстоятельствах вы последний раз видели Арсентия Павловича Зорина.
– Три месяца назад, пятнадцатого марта, ровно в девятнадцать тридцать, в его кабинете. Встреча длилась двадцать минут. Больше я его ни разу не видел.
– А какова была цель встречи?
– Я предложил ему продать нам компанию «Телефорвард».
В трубке повисла продолжительная пауза.
– Думаю, вы понимаете, что нам всё же придётся встретиться и как можно быстрее, – произнёс следователь.
– Куда ж от вас деться… Когда и где?
Закончив разговор со следователем, он откинулся на подушку и закрыл глаза. Мысли как-то незаметно свернули к событиям полугодовой давности. Почему-то вспомнился последний день работы в «Телефорварде».
Это было на следующий день после того, как он подал заявление об уходе. Утром он сидел в своём кабинете и ждал Федотова, чтобы передать ему дела. Тут зазвонил мобильник.
– Брюсов, слушаю.
– Доброе утро, Леонид Владимирович! – послышался бодрый голос Грачёва.
– Доброе! – хмуро ответил Брюсов.
– Какие у вас планы на вечер?
– Грандиозные! Пойду в спортзал, если повезёт и удастся найти кого-нибудь для спарринга, то от души выпущу пар. Если нет, то безжалостно отлуплю грушу. Ну а вечером хочу дочитать одну любопытную статью про искусственный разум. В общем, очень насыщенная, интересная программа. А что такое?
– Никогда не понимал вашего увлечения боксом, – ворчливо пробормотал Грачёв.
– А я никогда даже и не пытался понять. Просто нравится и всё, – рассмеялся Леонид.
– Думаю, вам придётся изменить свои планы на вечер. В семь мы встречаемся с Егором Сотиным. Я вчера ему позвонил и кратко поведал о нашей ситуации. Он сказал, что у него есть предложение для нас обоих. В общем, сегодня в семь, ресторан «Погребок» на Кутузовском. Знаете, где это?
Они сидели у окна в самом дальнем углу «Погребка». Оба проголодались, поэтому, придя в ресторан пораньше, не стали дожидаться Сотина и слегка перекусили. В уютном полумраке зала тихо звучала музыка и было на удивление мало посетителей. После лёгкого ужина друзья выпили кофе и принялись горячо обсуждать, что может предложить им Сотин.
Он явился на встречу с опозданием на двадцать минут. Когда Егор вошёл в зал, Брюсов заметил, как Владимир Юрьевич поморщился и осуждающе покачал головой. Леонид покосился на него, потом опять взглянул на Сотина. В эту минуту переживания друга о совместной работе с Сотиным ему стали чуть понятнее.
