ВСЁ был одет в светлые коттоновые брюки и коттоновую рубашку такого же цвета.
– Логичнее, если бы моя одежда была на НЕКТО, – сказал НИКТО, – кто, в конце концов, среди нас поляк?
– Я – поляк, – ответил НЕКТО.
ВСЁ презабавно повернул свою голову так, как это делают собаки, пребывая в состоянии крайнего удивления:
– Точно?
НЕКТО хотел было набычиться, но потом заставил себя расплыться в улыбке: на шутку надо реагировать шуткой.
– Точнее некуда! – твёрдо ответил он.
– Тогда – хочешь-не хочешь – а тебе придётся перекинуться одёжкой с НИКТО, чтобы форма соответствовала содержанию.
– А меня – пока что – и моя одежда вполне устраивает!
– Иди ты? – ВСЁ опять уморительно изобразил поворотом головы собачье удивление.
– В натуре! – ответил НЕКТО ещё твёрже.
– Хотелось бы поверить, – продолжал подначивать ВСЁ, – но верится с трудом.
НЕКТО перестал улыбаться, в отместку: он, мол, тоже не лыком шит – ишь выискались тут умники, видали мы таких, видали и похлеще. И прокурорским тоном спросил:
– Ну, и каково же там, в Польше, в «самой заграничной из всех заграниц, вместе взятых»? Классно, наверное? Только про Полу Раксу больше втирать не надо: о ней мы уже слышали.
– В Польше? Это на твоей исторической родине? – ровно, с протокольным безразличием полюбопытствовал ВСЁ.
– Каково – на твоей, мы и так прекрасно знаем, – парировал НЕКТО, и, взглянув на ВСЁ поверх очков, ухмыльнулся.
– Польша, как Польша, – ответил НИКТО, в словах – ни эмоций, ничего…
(«ВЫ НАСТОЯЩИЙ АЛМА-АТИНЕЦ, если… «И ДЫМ ОТЕЧЕСТВА ВАМ СЛАДОК И ПРИЯТЕН…» Из «Кодекса поведения алма-атинцев».)
Теперь НЕКТО и ВСЁ, вдвоём, с подозрением стали рассматривать НИКТО. Они видели перед собой забавную и, одновременно, дикую нелепость, не имеющую объяснений: такого не может быть, потому что такого не может быть никогда. Им было не понятно, почему не было восторга у НИКТО от пребывания по ту сторону железного занавеса (как это должно быть у всех). Правильнее было бы наоборот: беспредельные восхищения несоветским раем, где есть всё: джинсы, кока-кола, виски и эротика на страницах глянцевых журналов, доступных всем, а также – ослепительные и доступные девушки в реальной жизни; и где есть, в конце концов, живые «Битлз».
– И что: совсем никаких впечатлений? – спросил НЕКТО.
– Ну, почему же? Никаких – масса, и каких – хоть отбавляй, – ответил НИКТО.
– Ладно… – ВСЁ сорвал самый крупный по размеру и аппетитный, кроваво-красный плод Crata'egus, боярышника, и отправил его в рот. – А самое яркое из них – это какое?
