- Можно, Есения, - сказал он, снова прочистив горло.
Есения, значит...
Прямо в кон.
- Она хиппи! - продолжала бесноваться Белясова.
Потап продолжил хранить молчание.
- Я верующая, христианка. - Все тем же негромким голосом, не меняя интонации Есения достала из-за выреза деревянный крестик и предъявила его собравшимся.
Мазуров приглушенно выругался. Девка совсем безбашенная. И с ней точно будут проблемы.
- Обе вышли, - жестко сказал он. - И стоите в коридоре тихо. Ни слова друг другу.
Белясова открыла рот, чтобы возразить. И сразу же закрыла его ладонью, сдерживая слезы. Она понимала, что без последствий ее выходка не останется.
Девочка-бохо вела себя сдержаннее. Не глядя ни на кого, накинув на плечо большую бордовую сумку с бахромой и вышивкой, вышла из кабинета.
Они остались с Мальковым вдвоем.
Декан покачал головой.
- Я не знаю, что делать, Потап Тимофеевич. Обоих будем исключать?
Потап воздержался от быстрых решений.
Тянул.
- Вы должны знать. Есения Дакова - протеже Харитона Валерьевича. Девушка вчера первый день занималась.
Мазур едва заметно вздернул бровь кверху.
Мальков понял его без лишних слов.
- Вот так, - развел он руками.
Интересный расклад выходит.
Значит, девчонку выдернули среди года из другого универа. По протекции самого Табасова-старшего. Очень интересно.
Харитона Валерьевича Потап знал. Он был одним из немногих, к кому Потап едва ли не с рождения обращался «дядя».
- Кто инициировал драку? - Разбираться он не будет. В подробности вдаваться тоже.
Мазур уже все для себя решил.
Девочка-бохо... Райский цветок...
- Ирина Белясова. Она вчера с группой девушек проводили разговор с Есенией. За углом столовой. Сегодня, видимо, решили повторить.
Группой, значит...
В груди Потапа нехорошо зажгло, а зверь оскалил пасть. Ни для кого не секрет, что женщины в драке жестоки. Они редко выходят один на один, предпочитают гасить соперницу толпой.
В Есении отчего-то увидели соперницу. Чем-то девочка им сразу не зашла. Чем - понятно... Ее парни разглядывать будут днями. Детали, жесты. Запах.
Зверь внутри Мазурова оскалился сильнее. Иногда Потап сам себе напоминал дикого хищника, рожденного не в том обличим. Он одно время увлекался всякой ерундой по типу реинкарнации, кармы. Изучал древние учения. И ему даже думалось, что в прошлой жизни он был зверем. Отработал карму, вернулся в человечьем обличим.
А повадки остались.
- Я решу вопрос.
С этими слова он направился к выходу.
- Потап Тимофеевич...
Голос Малькова звучал растерянно. Оно и понятно.
- Все хорошо, Степан Макарович.
Он подмигнул декану и вышел.
Девчонки, как и предполагалось, стояли в коридоре.
Белясова что-то строчила в телефоне. А Есения сидела на небольшой скамье. На самом краешке. Такая... Черт, хоть самому доставай телефон и фоткай ее.
Чтобы потом, в ночи, разглядывать.
- Итак, девушки, - ровным тоном начал он. - Ты, Ирина, едешь домой.
- Но Потап.
- Я все сказал.
Ирина снова открыла рот, чтобы возразить.
Потом метнула в сторону соперницы взгляд, полный ненависти, схватила рюкзак и понеслась по коридору.
Правильное решение...
- А ты идешь со мной.
Потам встал напротив Есении, возвышаясь над ней. Ему сначала показалось, что она выше. Ничего подобного. Невысокая для него так точно. Метр шестьдесят максимум. И такая вся... Непонятная, что ли, для его восприятия.
Эта коса надо лбом. Эти серьги. Кулоны на груди.
Черт.
Тут волей-неволей зависнешь на ней.
Среди студентов кого только не встретишь. Разношерстная толпа. Кто во что горазд.
Ничем никого не удивишь. Как оказалось, можно.
- Зачем?
- Пошли, я сказал. Довезу тебя. И... - Он сделал паузу. - Поговорим.
- Меня исключат теперь, да?
Первой реакции Потап все-таки дождался. Голос девчонки предательски дрогнул, а по щекам и шее пошли красные пятна. Значит, блондинка натуральная, раз такая реакция на волнение.
Отвечать он не стал. Рукой указал на выход.
Она поднялась и направилась за ним. Не спешила встать рядом или, не приведи боже, выйти вперед. Просто следовала его указаниям. В гардеробной взяла куртку и вышла на улицу.
Дальше, так же не задавая вопросов, проследовала за ним до машины. Потапу уже не терпелось оказаться с ней в замкнутом пространстве.
У него зудело под кожей. Воспламенялось.
Даже яйца - и те набухли. Вот те раз. Он едва не скалился собственному отражению.
Когда у него хотя бы раз была подобная реакция на девчонку? Да еще с одного взгляда, считай. Некоторое время они ехали молча.
Потап несколько раз жадно втянул в себя ягодный запах, перебивающий диффузор.
И пахнет она... тоже интересно. Что за духи? Или шампунь? У барышень сейчас столько всяческих прибабахов, и большинство из них с ароматом.
Но тут...
Сука. Он сейчас точно, как зверь, обнюхивать ее начнет. А что? Может, фетиш у него такой.
- Ты в общежитии живешь, Есения?
- Вчера вселилась. Вещи еще не успела разобрать, - быстро ответила она, сильнее вцепляясь в рюкзак и выдавая нервозность. Контролировать себя ей удавалось все сложнее.
Но она старалась. Умница.
За это ей респект и уважение.
- И как тебе универ?
Девушка выдержала паузу, прежде чем ответить.
