Он с рождения имел всё, что хотел. Да, воспитывали его в строгости, иногда даже жестили. Но он всегда знал - у него тыл. Да такой, о котором многие и представить не могут, фантазии не хватит.
А она?.. Кто защищал её?..
Роман Яшин. И другие пацаны. Те, которых тоже правильно воспитывали. Такие же пацаны постарше.
И сейчас он, Потап Мазуров, рожденный с золотой ложкой во рту, стоял и исходил ревностью к человеку, которого Есения называла другом.
Она провела с ним ночь. Скорее всего, в разговорах. Он умом это понимал.
Но сердце... Блять, оно выносило душу к херам. Больное воображение подкидывало одну картину за другой.
Друзья?.. Подопечная и защитник?.. А если сейчас, повзрослев, они решат выйти из долбанной френдзоны? Не сегодня, а, например, завтра? Что тогда? Их связывает непростое прошлое. Общие интересы, воспоминания. А их?.. Потапа и Есению?
Потап сделал шаг назад.
Надо уйти. Сейчас точно. Но, как, сука?.. Как?..
Есения молча смотрела на него. Потом едва заметно кивнула и начала обходить.
Но где-то что-то пошло не так, и она споткнулась.
Потап тотчас оказался рядом. Как конченный ублюдок возликовал возможности прикоснуться к ней на законных основаниях. Поддержать...
Его рука обвила тонкую талию.
Из взгляды встретились.
Лица оказались близко друг к другу...
И Потап потонул в хрустальных глазах Есении. В них было столько всего! И как только эта девочка вывозит! Она же маленькая. И хрупкая. Сожмешь её и переломается. Его зашатало, заштормило.
Больно..
- Пусти...
Она выдохнула всего одно слово.
Пальцы разгибались с трудом. Тело нахрен отказывалось слушать приказы мозга. Никак!.. Его с дикой силой тянуло к этой молодой женщине.
Он едва ли не с мясом оторвал себя от неё и быстро, чтобы не передумать, не натворить ещё больших дел, прошагал к машине.
Сорвался с места, подняв ворох пыли.
На этом утро не закончилось.
Прошло несколько часов, как раздался звонок.
- Потап Тимофеевич...
Звонили с общежития.
-Да?
- Есения Дакова сдает комнату. Съезжает она.
Есению тоже штормило. То место, где прикоснулся Потап, жгло.
Приехал. Снова. Зачем?..
Или...
Не уезжал?
Он был в том же костюме, что и накануне у университета. И сюртук тот же.
Противореча себе, Есения мотнула головой. Нет. Не верит. Не мог Потап провести у общежития всю ночь. Не мог и всё. Не в его характере...
Или?..
Есения взялась за ручку двери. Вдох-выдох. Её не должно волновать, чем занимается Потап Мазуров. Как проводит время, досуг.
А поговорить им, конечно, надо. Но вот как...
К сожалению, Есения оказалась неготовой к разговору. Может быть, выспись она сегодня, что-то и получилось толковое. Может, и нашлись нужные слова. А так... Увидела его помятого, нервного и всё. Как в бездну провалилось.
Что ему, черт побери, теперь от неё надо? Прощение? Она зла не держит. Пусть идет с Богом. Их пути разъединились. Так...чуть-чуть пересеклись на запыленном перекрестке и дальше разбежались.
Сколько же болеть-то ещё будет? А?
Она вошла в общежитие.
Комендантша тут как тут, сверкнула любопытными глазами.
- Есения, доброго утречка.
- Клаудия Петровна, здравствуйте. Не ругайтесь, прошу. Я всё знаю... Не ночевала в комнате, это нарушение. Но у меня веская причина. Я съезжаю.
Никогда раньше Есения в полной мере не осознавала выражения - челюсть упала на грудь. Сегодня осознала.
Поднималась она в комнату по лестнице. Есения чувствовала, какая у неё тяжелая поступь.
Комната оказалась незапертой.
- Явилась, - заявила Вера, подбочениваясь.
Ничего не говоря, Есения подошла к ней и обняла её.
- Эй... Ты чего?
- Я съезжаю.
- В смысле?! - Вера, выпучив глаза, отлетела от неё. - Тебя из универа погнали?!
- Нет. Я комнату освобождаю.
- В смысле....
- Мне квартиру дали, как сироте. И если ты сейчас в третий раз скажешь «в смысле», я тебя щелкну по носу.
- Афффигеть.
Некоторое время Вера металась по комнате. Туда-сюда. Туда-сюда.
Потом остановилась посредине и взмахнула руками.
- То есть вот так значит? Ты меня бросаешь? Даже не бросаешь, ты меня кидаешь!
- Вер, ну хватит, - протянула Есения аккуратно складывая очередное платье в чемодан.
Откуда у неё столько вещей? Вроде бы когда заезжала в общежитие у неё было два чемодана и сумка. За время пребывания в Каянске, она особо ничего и не приобретала. А вещей много.
- Ничего не хватит, я возмущена! Я, значит, только-только к тебе привыкла, а ты вот так -бац! - и съезжаешь!
Есения обернулась и посмотрела на подругу. Та, несмотря на то что отчаянно делала разгневанный вид, стояла со слезами на глазах и всеми правдами и неправдами пыталась сохранить невозмутимое лицо.
Есения выронила платье и снова подошла к Вере. Порывисто её обняла и прошептала на ухо.
- Не пытайся... меня не проведёшь. Я знаю, что ты за меня рада.
- Конечно, рада! Но не за тебя, а за себя! Да-да, за себя! Упустить возможность дружбы с девчонкой, у которой есть своя хата - несусветная глупость. Сейчас мы быстренько её приведём в Божий вид, а потом закатим новоселье. Так что не думай, Дакова, что ты с такой лёгкостью от меня отделаешься.
Есения обняла девушку сильнее.
- Я и не думала..
