Взяв экипаж пьяных галлов, они устремились во дворец Атиллы. Путь был не близкий. Доехали только к рассвету. Дворец был построен из бревен и досок, искусно вытесанных, и обнесен деревянною оградою, более служащею к украшению — нежели к защите. По углам ограды стояло несколько сторожевых башен. Недалеко от ворот была выстроена большая баня. Экипаж подъехал ко входу. Несколько статных гуннов и скифов узнали Велизария и велели ему проходить одному. Руг с Мокроусом остались на улице. Внутреннее убранство было невероятно роскошным: статуи из золота; полы с красочными мозаиками; с окружающих гор во дворец даже спускался свой акведук. Велизария проводили в большой зал. Там в одиночестве сидел Атилла. Он допивал очередную чашу.
— Ты спас меня, — сказал вождь гуннов.
— Я делал свою работу, раз уж ты нанял меня в телохранители.
— Я не люблю оставаться в долгу. Так что предложу тебе выбор. Я помню твою историю любви. Кажется ее зовут Нильмера.
— Она любовь всей моей жизни, — заволновался Велизарий.
— Тогда выбирай. Ты можешь пойти вместе со мной на Рим, где ты станешь моим первым советником. У тебя будет все: богатство; влияние; власть. Или я могу освободить тебя и ты вернешься к своей…
— К Нильмере!
— Значит выбираешь любовь. Странный ты человек.
Все же Атилла не поскупился и даровал Велизарию целый сундук серебра, золотые кольца и драгоценные камни, а в придачу отпустил Мокроуса.
Они сплавились через Рейн, после чего выкупили экипаж в небольшом городе западных готов. По дороге до самой Вислы, они вели долгие оживленные беседы, каждый раз заканчивающиеся одними и теми же выводами, правда разными, каждый старался стоять на своем.
— Четыре года прошло, четыре долгих года.
— А ничего приключение то получилось, — добавил Мокроус.
— Приключение? — удивился Велизарий.
— Огненные вихри, волколаки, драконы.
— А ты об этом…
— О чем же еще?
— Я думаю только о ней.
— Все верно тебе Атилла сказал. Странный ты человек, — заключил Мокроус.
— Потому что выбрал любовь?
— Нет, — глубоко вздохнул Мокроус. — Потому что отказался от богатства, власти, влияния. Любовь всегда к ним приложится. Одна завянет, а другая расцветет.
— Нет, моя любовь на веки веков! — стоял на своем Велизарий.
— Вся эта любовь — обычное сумасшествие.
— Не завдиуй!
— Чему? Я и сам знаешь молод бывал.
— Молод, стар, не имеет никакого значения. Наши чувства с Нильмерой друг к другу, понимаешь, они совсем особенные…
— Слыхал я такое ни раз. И не только от тебя. Хотя от тебя намного чаще других. А что если не твоя, а ее любовь закончилась? Четыре года прошло…
— Ну что ты такое говоришь?! Глупости, да и только!
— Сам решай, — отмахнулся Мокроус.
— Ну посуди, с чего ей меня любить перестать, — будто начал оправдываться Велизарий. Все же слова Мокроуса его немного задели. Затаили сомнение. Что если правда любовь Нильмеры ушла? Все же за два года в Бургундии у него не было возможности написать и письма. Велизарий продолжил: — Когда я только с ней познакомился, я нервничал… Как она могла полюбить такого простачка, да еще и простолюдина? Думал я целыми днями. Ведь тогда в моей жизни ничего выдающегося вовсе и не было. Даже когда она ответила на знаки внимания с моей стороны, я думал, что может она со мной просто играет, а я как дурак по уши в нее влюблен. Но та ночь, праздник летний… Он развеял все мои сомнения… А сейчас и подавно, я возвращаюсь совсем другим человеком. Уж такого она точно не разлюбит. Выдающегося, с печатью от самого Атиллы. С сундуком серебра, драгоценными камнями, золотыми кольцами…
— Но ты же говоришь что ваша любовь такая особенная? — прервал его Мокроус. — А все мне о каких-то сундуках и богатсвах талдычишь. Где же чистая любовь?
— Эх, сложный ты человек, Мокроус, — махнул рукой Велизарий и замолк.
Проехав еще две сотни верст после реки Вислы, они решили остановиться в одной небольшой деревеньке. У Мокроуса там жили дальние родственники. Деревенька располагалась на лесной опушке. Когда они заехали на своем экипаже, им показалось, будто все дома опустели. Только когда Мокроус расходился и стал звать всех по именам, одна из дверей отворилась. Родственник позвал Мокроуса:
— Только тише.
— Чего вы все так боитесь?
— Заходи, потом расскажу.
Расположившись в уютной и просторной хибарке. За чашкой сладкой медовухи, родственник поведал историю:
— Пришли к нам поляне-разбойники, стали требовать сначала немного, через месяц уже за четвертиной пожаловали, а через два и половину забрали. На прошлой неделе приходят и говорят: скоро все мы будем у вас забирать.
— Да не трусь ты, — сказал ему Мокроус.
— Как не трусить? Их целая банда!
— Видишь Велизария?
— Ну и что!
— А вот-то. Он удар острого когтя дракона выдерживал, вихрь огненный его
не убил. А ты про каких-то полян.
Родственник еще раз посмотрел на Велизария и сказал неуверенно:
— По нему и не скажешь.
— Когда поляне твои в следующий раз в деревню заедут?
— А мне почем знать? Может завтра, а может и через неделю.
