— Что? Но это же бред! То есть да, я немного подожгла его, но он напугал меня до смерти. Он хотел мне чертово клеймо поставить!
— Мэлони, это не главная твоя проблема.
— Серьезно? Мне грозит тюрьма и это еще не всё?
— Мэлони, успокойся, а то у моих свечей уже пламя колышется. А они даже не горели.
— Извините, — девушка оглянулась по сторонам и свечи вовсе потухли.
— Мэл, послушай, мистер Коллинз сделает тебе подтверждение снятых побоев, у меня за жизнь есть много полезных знакомств. Ты посадишь этого мерзавца в тюрьму. Сплетни закончатся, как только появится что-то поинтереснее. Не волнуйся об этом. Главное, что тебя не отчислили. Я уговорила мужа не делать этого и рассказала ему о тебе. Но некоторые родители учеников недовольны и писали жалобы на разврат с требованием исключить тебя.
— Но если это не беда, тогда в чем заключается главная проблема?
— Наверное, в этом, — сказала Алекс, указывая пальцем на телевизор, который работал в беззвучном режиме.
— В Японии, Корее и Таиланде всё еще ведутся спасательные операции после огненного торнадо, разрушившего часть лесов в юго-восточной части стран. Пострадавших не было обнаружено… — говорила девушка из телевизора, когда Алекс включила звук. Мэлони побледнела и села на стол в полнейшем шоке.
— Огненное торнадо? Это я сделала? Но как? Огненное торнадо!? Это же вообще другой конец планеты. Я стольким людям жизнь испортила. А если я кого-то убила? — Мэлони била руками о пол, а потом закрыла ладонями лицо и начала плакать, она винила себя во всём.
— Мэлони, успокойся, милая, ты не виновата. Это не ты сделала, стихия сама вырвалась. Вспомни сама: ты была в трансе, ты не могла ничего сделать, ты не могла пошевелиться.
— Это не твоя вина, Мэл. Вытри слезы, встань, прошу тебя.
— Вы правы, — вдруг сказала Мэлони. Она вытерла рукавом слезы и поднялась с пола. Ее глаза горели яростью. И красивые зеленые глаза вдруг потемнели до карего цвета, горящего карего. Казалось, она вдруг обрела такую решимость, которой еще поискать.
— Это Ник виноват. Если бы не он, Я бы не разозлилась, если бы он не приехал, я бы не подожгла шторы, не сорвался бы праздник. Это Ник виноват, хотел убить меня. Это Ник хотел заклеймить меня, как какой-то скот, и это он заставил меня сжечь его квартиру. А теперь он подает на меня в суд? Ну, уж нет, — ее глаза налились кровью и ненавистью. Кожа Мэлони пылала, она обожгла ладонь Алекс, когда та попыталась вернуть выходящую из кабинета подругу. Мэлони шла по коридору университета и все, кто смотрел на нее не так, чувствовали ее презрение и обжигающую ярость. Снежная Королева вдруг превратилась в Королеву Ада. Проходя мимо Джейд, мимо Кэлли и Криса девушка просто не заметила их. Алекс бежала сзади со льдом в ладони и крикнула Джейд, что бы та позвонила тем, кто в курсе, и они ехали в больницу к Нику.
— Срочно! Иначе она убьет его, — крикнула Алекс к Джейд. Ребята из университета поняли, что речь о Нике, но никто и не подозревал, что Алекс говорила буквально. Только Джейд и поняла это. Она тут же набрала Сару, рассказав о произошедшем. Они поспешила в клинику, в которой лежал Ник. Рэй приехал вместе с Сарой. Они поспешили на рецепцию и узнали номер палаты Ника.
Мэлони уже прибыла в больницу. Она даже не спрашивала ни у кого и ничего, она шла по белым коридорам на чистой интуиции и ненависти. Ярость, искрившаяся в ее глазах, вела ее прямо к тому, кто так сильно ее обидел.
Кто-то из больничных успел вызвать журналистов, которые приехали через десять минут после Мэлони, пронеслись мимо рецепции и тоже направились в палату Ника. Что его ожидало, никто не знал.
Мэлони вошла в палату и увидела там своих друзей, но никак не отреагировала. Она подошла к спящему Нику и стала просто смотреть на него. Его ожоги, которые уже заживали, вдруг начали нагреваться, парень проснулся от боли и начал кричать. Когда он увидел Мэлони, он ничего не понял, и хотел было спросить, что она здесь забыла, но боль помешала выдавить и слово. Его температура в теле поднималась, волосы поседели, а лицо стало красным, как помидор. Декс и Сара попытались оттащить Мэлони от бедняги, но безуспешно. Ее тело буквально горело, такой горячей была кожа. Приближаясь к девушке можно было почувствовать жар, как от костра, от камина. Декс будто приближался к открытому огню. Он не понимал, как такое возможно. Рэй держал дверь, так как еще в окне увидел камеры и понимал, что в любой момент они могут ворваться сюда.
— Сделайте же хоть что-нибудь! Они сейчас зайдут и узнают о ней! — кричал Рэй, подглядывая из-за слегка приоткрытой двери, по коридору уже неслись два парня с камерами и девушками с микрофоном. Санитары пытались задержать их и вывести из больницы, но тщетно. Рэй быстро запер дверь и подпер ее стулом.
— Что вообще происходит, почему она такая горячая? Она чуть не обожгла нас, — не мог понять Декс.
— Мэлони, солнышко, пожалуйста, пойдем отсюда. Он не стоит того. Мэл, апельсинка, прошу тебя. Иначе о тебе все узнают! Черт подери, тебя же раскроют, идиотка! — пыталась достучаться до подруги Сара.
