Ладно, Нина, хватит вредничать какие никакие, а соратники мы с лордом, хоть и ссоримся часто.
Как ни крути, а с Итаром дружить надо, может кровь мою поможет достать, что ж там за цирк? За всем этим певческим марафоном и нашими командными зачетами меня не покидали вопросы и сомнения. И никто не захотел мне ничего объяснять, даже Моркан, ну, ладно я разберусь, и потом не обижайтесь.
После вылазки в город за некромантом, я отправилась к Акакию на соло тренировку, решили настроить мой голос на песню группы город 312 «Останусь», я не успела распеться, как вся муз группа неожиданно подскочила со своих мест, и склонила головы в поклоне.
— Акакиодиэль, не надо суеты — сказал густой, пронизывающий голос. Голос, который пронял меня до самых костей. Голос бархата и стали. Голос зыбкой колыбельной, и тревожного марша. Его голос.
— Мой лорд — низко поклонился эльф.
Я обернулась, все стояли, а я не смогла встать, и не могла вздохнуть от волнения, к нам пришел Варн Нарх, и он смотрел прямо на меня. Будто в душу заглядывал. Не глаза у него, а наказание, и выныривать из них не хочу. Как я рада тебя видеть, бандит.
— Представь нас — велел эльфу верхний лорд.
Я, наконец-то, нашла в себе силы встать.
— Нина Дубр, адептка пятого курса, тиресса, боевик воздушница, проклятийница — монотонно перечислил Акакий.
— Айве дей Варн Нарх.
Как во сне, я слегка кивнула и чинно, боги, дойры так не делают, подала лорду руку для поцелуя, лорд не оплошал, склонился и поцеловал мое запястье.
БААААААХ
Открылся и схлопнулся портал.
«О Боже как больно, и нет этой боли больней, о, боже как больно, ты удалил меня из друзей»
Мир, боги твои за ноги, да за что ж ты меня так не любишь? Как же больно. Кажется, я сломала ногу.
Так, какая прелесть! Мне навстречу бежали три брата: трандец, звездец, капец, и за ними скакала сестра их полный пипец. Они махали мне плакатами, флагами, и активно предлагали флаэры на бесплатную экскурсию по изучению лопес, в которую я попала. Только здесь и только сейчас эксклюзивный поход по неизведанным глубинам вдоль ягодичного канала, вещал трандец. Нет, заходи к нам, и ты узнаешь узость и кривость прохода перебивал его звездец. Иди, ко мне, ласточка, и я покажу тебе полный и всепоглощающий конец подзывал капец. Нет и еще раз нет, у меня лучший аттракцион завывала пипец, веселые горки под названием: «Нас не интересует глубина этой задницы, нас волнует, есть ли у нее вообще дно».
Я не знала, кто подкинул эту подлянку, но я знала, куда меня занесло. Хуже быть просто не могло. Отсюда не выбраться. Чащи Агбо — проклятый лес. Выйти из него смогли только единицы, и то это случилось пару сотен лет назад. Нина, на этот раз ты попала конкретно.
Историю создания чащ я знала наизусть, как таблицу умножения. Наш придурочный магистр Фибре, анимаг в пятом поколении, юный натуралист с прибабахом рассказывал ее каждое занятие. А, все почему, потому что чащи Агбо просто уникальный питомник хищной фауны, которая сохранилась в этом мире с достопамятных времен. Один уникальный экземпляр этой самой фауны жил у нас в академии в зверинце. Более омерзительной твари я в жизни не видала, звероеж называется, отвратительная крыса размером с лошадь, сплошь покрытая шипами. А шипы то непростые в них орешки золотые, ядра чистый изумруд. Прости господи. В общем, мало того, что эти шипы сами по себе ядовиты, так еще эта тварь умела выстреливать из шипов ядовитой слизью, которая при соприкосновении с кожей, сразу разъедала ткани до кости. Рот у этого уникального зверя был наполнен пиками зубов, как у акулы, частокол в два ряда. Зубища, ага, тоже не без ядовитого сюрприза, впрочем, как и когти на лапах. Все было бы еще терпимо не обладай эта тварь агбокская на редкость скверным нравом: хитрая, агрессивная, по человечески умная, и неимоверно мстительная. От ее яда погибли двое учеников, Фибрсу хоть бы хны, его одно волновало, а не повредил ли его Буша свои колючки, пока злобные студиозы мучили бедное животное. А то, что двое мальчиков погибли, отрабатывая наказание — это мелочи. Ту жуткую историю замяли, погибшие на радость ректору оказались аорами. Но хвала богам, Барабаке все же хватило ума запретить маньячному анимагу посылать адептов к его драгоценному монстрику.
