Пациентов в этот день было необычайно много, пришлось задержаться почти до десяти вечера. За окнами темнело.
Лариса, уставшая от небывалого наплыва больных, обессиленно села в стоматологическое кресло. Ей нравилось в нем отдыхать, пристроив ноги как можно выше.
– Иван, поедем в кафе, поужинаем?
Они остались в кабинете вдвоем, Сан Саныч ушел часа два назад, заявив, что всех денег не заработаешь, всех баб не ублажишь, хотя и надо к этому стремиться. Так вот он выбирает баб!
В десятый раз за сегодня оценив Ларису, Иван решительно ответил:
– Нет, Лариса. Не сегодня. Устал. Поеду домой отсыпаться.
Резко встав с кресла, Лариса нервными движениями сняла халат, надела блузку и туфли на каблуке.
– Да пропади ты пропадом со своей работой. Зануда!
Когда дверь за ней с грохотом захлопнулась, Иван облегченно вздохнул и перенес усталое внимание на журнал учета.
Посчитав прибыль за сегодня, он приплюсовал ее к предыдущей сумме и остался доволен.
Заперев кабинет, Иван, позвякивая ключом, вышел в теплый летний вечер, на крыльцо поликлиники.
Петя бродил по пустой площадке перед подъездом.
– Ты смотри, успели, – радостно удивлялся Петюня. – Перекопали всю стоянку подчистую.
Действительно, рваные пласты асфальта оголили землю.
– Я не понял, Петя. – Умиротворенное настроение Ивана улетучилось как дым. – А где мой «опелек»?
Оба оглядели сначала окрестности, затем друг друга.
– Ах, да! – Петюня широким жестом нежно хлопнул себя по лбу. – Тебе же некогда было, и я машинку за угол отогнал, для безопасности.
Петюня с довольной улыбкой честно выполнившего работу душевно смотрел на Ивана, ожидая благодарности.
Святое дело после длинного рабочего дня сорвать злость на «нетрадиционном» сотруднике, пообиднее и побольнее, но Иван, твердо решивший стать крупным политиком либо, в крайнем случае, министром здравоохранения и знавший, как важны на высоких постах крепкие нервы, сдержался.
– …За каким, Петюня, идрить твою через колено, углом?
– А тама. – Петя всплеснул правой рукой, указывая в темноту. – Тама еще бачки мусорные стоят… много.
И Петюня как-то так непривычно пококетничал, вильнув толстыми боками в одну сторону, а оплывшими плечами в другую, что получилось совсем не пошло, а забавно. Хмыкнув, Иван отдал охраннику ключ от кабинета и забрал ключи от машины.
