Проводив взглядом Нину, спешащую по коридору, Петечка помял в руках конверт и направился в стоматологическое отделение. Потоптавшись перед дверью, он открыл ее и заглянул в просторный кабинет.
Лариса суетилась у холодильника, переставляя банки с лекарствами. Занято было только одно кресло. В нем сидел с открытым ртом пенсионер, дрожал.
– Сан Саныч, – охранник поманил врача. – Я туточки вас жду, – и он тут же закрыл за собой дверь.
– А вы заметили? – Сан Саныч отложил зеркальце. – Число геев постоянно растет, хотя сами они не размножаются.
– Это вы к чему? – опешил пациент. – Вы же только зубы дерете… или еще что?
– Расслабьтесь. – Сан Саныч улыбнулся голливудской улыбкой. – В вашем возрасте можно менять зубные протезы, но не сексуальную ориентацию… Это я к тому, что женщины худеют и теряют женственность, что сказывается на их мужьях и сыновьях.
– Да выйди ты к Петечке. – Лариса достала из кармана халатика пятисотенную. – Он впечатлился подвигом Ивана и теперь собирает на детское приданое.
– Н-да. – Сан Саныч встал. – Героические начинания необходимо поддерживать. Минуточку, – предупредил он пациента.
Портмоне Сан Саныча всегда было при нем, во внутреннем кармане. Достав тысячу, доктор протянул ее Ларисе.
– Сходи сама, мне нужно доделать старичка.
Пациент мигал глазами.
– А что сделал ваш Иван? – спросил он шепотом.
– Спас брошенного ребенка. Открывайте рот. – Вставив раструб в рот пациента, он не мог не привести афоризм: – В романах, дорогой мой, много пишут о хлопотах с сексом и совсем чуть-чуть – о хлопотах с детьми. В жизни соотношение обратное.
– Угу, угу, – согласился пожилой пациент.
