Здесь действительно было что–то не так. Сила не могла быть такой и одновременно это было прекрасно! Ощущать себя заново родившимся — кому не хотелось этого? Здешняя, новая Сила давал именно это ощущение; старый джедай, проживший уже почти сто шестьдесят лет, радовался как ребенок. Включив меч, он сделал несколько выпадов в пустоту — и кисти его рук сумели выполнить очень сложные приемы, которые в школе рыцарей использовали хвастуны–старшекурсники, чтобы произвести впечатление на девушек из Академии. Когда–то эти упражнения с мечом были для Креспина не в диковинку — вот и сейчас Сила возвращалась к нему…
Лузянин бросил второй окурок себе под ноги, растер его, отшвырнул носком ботинка в сторону (что было очень на него не похоже — на всегда аккуратного и следующего приличиям интеллигента). После чего решительно отвел рукой турникет, войдя в него и крутанув у себя за спиной с силой шаловливого подростка. Железная вертушка издала жалобный скрип, провожая профессора к лифту…
Очнувшись от собственных мыслей, Креспин обнаружил, что стоит у окна с рассыпающим искры мечом, а за спиной у него лежит на полу разрубленный надвое стол. Это окончательно вернуло Креспина в действительность. Он убрал свое оружие и опустился на стул перед включенным, но спящим компьютером. Джедай довольно быстро определил способ хранения информации, найдя аналоги в далеком прошлом («Все–таки основные вещи в этой Вселенной нерушимы…»), после чего сумел добраться до нужных файлов. И это вогнало его в ступор всерьез и надолго.
Он сидел и смотрел в экран невидящим взглядом, не замечая, как по экрану ползут строки расшифрованного кода человеческой ДНК; не замечая, как выстраиваются в строгие ряды хромосомы не рожденных еще людей; не чувствуя, как рушится весь его мир, благословленный несколько сот лет назад учителем Йодой. Он на самом деле не видел сейчас перед собой ничего, сраженный догадкой, в очередной раз подтверждающей прозорливость Люка Скайуолкера.
В ЭТОИ КОМНАТЕ ДЕЛАЛИ ДЖЕДАЕВ.
Некто, создавший все то, что видел сейчас перед собой Креспин, обладал небывалым могуществом — он нашел способ создавать джедаев… Делать их, как вещь.
— То, что мы обретали годами упорных тренировок… — шептал Креспин. — Идеология, мифология, взлеты и падения, принципы существования! Кто этот бог, что сумел создать подобных нам? Гений? Удачливый ученый, сумевший поставить некую случайность себе на службу?
Но рассуждать было некогда. Креспин скопировал информацию, после чего собрался уходить, чтобы более тщательно проанализировать её на корабле, но вновь увидел, какой беспорядок произвел в комнате во время упражнений с мечом — и понял, что возвращаться на «Магритту» нет смысла. Нужно дождаться того, кто все это сделал. Человек, вдыхавший здесь никотин, ушел, по–видимому, недавно, и мог вернуться в любую минуту.
Креспин встал из–за компьютера и прошелся по комнате, пытаясь представить, о чем он будет говорить с тем, кого встретит — смогут ли они найти общий язык? Знает ли этот человек, что скрывается за выращенными им хромосомами?
На одной из стен комнаты, скрытой полосой мрака, рожденной плотными пыльными шторами, Креспин увидел фотографию в толстой полированной рамке — мужчина и женщина, державшиеся за руки, на фоне широкого чистого пруда; их улыбки были в чем–то похожи, они радовались самим себе, погоде, обычному человеческому счастью — и от снимка (Креспин чувствовал это, как никогда раньше не ощущал закрытые для простых людей эмоциональные стороны, рожденные Силой) исходила волна любви — всепоглощающей, возвышающей… И мужчина, запечатленный на фото, должен был скоро войти в эту комнату.
Еще раз внимательно оглядевшись, Креспин в ожидании хозяина опустился за компьютер и принялся просматривать структуру ДНК — ведь и его клетки были устроены подобным образом. Причудливые переплетения аминокислот создавали иллюзию какого— то фрактального узора, созданного ради развлечения. Вот первая пара хромосом, вот вторая, третья, десятая… Джедай чувствовал, что перед ним раскрывается тайна всей жизни — кто он и откуда пришел, зачем он живет и как… Никогда до сегодняшнего момента Креспин не задумывался над происхождением и влиянием Силы, пользуясь лишь её плодами. Он, конечно, помнил, о той химии в крови, что отличает его от простых людей — правда, с течением времени даже название этого вещества стерлось из памяти, но никто и никогда не забывал, как Энакин стал Черным Лордом благодаря именно этой гадости…
Что–то не понравилось ему в пролетающих мимо строчках. Креспин не смог уловить момента, когда это случилось — но его посетило ощущение мимолетного огреха в коде ДНК. Он остановил прокрутку, вернулся на несколько участков назад — безрезультатно. Рыцарь никак не мог составить впечатление о том, что именно его заинтересовало и привлекло — но это–то «что–то» было крайне важным, выпадающим из общей стройной картины генотипа джедая.
