Nirvana: Правдивая история полностью

– Я бы сказал, что успеху «kill rock stars» способствовали «Bikini Kill», а не отдельный трек в сборнике. Я считаю, что лейбл «kill rock stars» больше занимался растущей социальной сетью. Альбомы «Bikini Kill» расходились 50-тысячными тиражами очень быстро – какие-то группы из «Riot Grrrl» были уже известны среди молодых девушек благодаря различным фэнзинам и активной рекламе, в частности в «Сэсси». Это не имело никакого отношения к «Nirvana». Олимпия настолько маленький город, что все друг другу помогают – если они по одну сторону баррикад.

Я: Полагаю, тот диалог между Куртом и Кэлвином о МПА был достаточно важен. Кобейн упоминал об этом несколько раз в разговорах со мной, потому что считал, что Олимпия повернулась к нему спиной. Ему могло казаться, что они сознательно устраивают мероприятие для своих, для элиты.

– Одна из причин популярности «Nirvana», и в особенности Курта – личность Курта была наиболее выдающейся, поэтому мы отдаем ему все внимание, – в том, что он олицетворял собой проблему: мужчины, которые играют в группе, занимаются традиционным занятием традиционных мачо, но их интересы абсолютно противоречат традиции. Это очень сложная ситуация. Как далеко это может зайти? Ответа тут нет, но если говорить о том, что думали Курт или Кэлвин, – никто ни к кому не поворачивался спиной. Я думаю, что Курт понимал все эти нюансы очень хорошо. Это видно во всем его творчестве, и это одна из причин, по которой о нем и его музыке все еще сегодня говорят.

Я: Это я и хочу прояснить в своей книге. Изгнание из Олимпии, было оно осознанным или нет, все-таки произошло.

– Речь не только об Олимпии. Верно, что Олимпия – это место, где музыка может реально влиять на создание лучшего мира. Двадцать лет эту идею все обсуждали – повсюду о ней шумели. Что все это значит – это значит, что изгнали не просто Курта Кобейна. Легко перевести стрелки на музыкантов. Но суть в том, что, по моему мнению, люди, которые набрасываются на Олимпию, скорее просто недовольны самой идеей перемен.

– Курт был чист душой, но безумно амбициозен, – объясняет Кортни Лав. – Он хотел того, что получил, но из-за своего бэкграунда, из-за настроений в Олимпии, он решил, что ему это не нужно. Только взгляните на «Nirvana», когда в группе еще играл Джейсон Эверман, – Курт вел себя так, будто играет в «Soundgarden», но он писал мелодичную музыку. Группу «Nirvana» испортила Олимпия – в этом городе не было ничего талантливого, и именно поэтому эти люди меня бесят больше всего, Эверетт. Типа, талант не важен, важна искренность, манифест – и это полная чушь.

Я: Погоди секунду…

– Нет, – перебивает Лав. – Я считаю, что у Иэна Маккея были божественные, гениальные песни, но когда он уже оказался под крылом Кэлвина Джонсона, его творчество стало элитарным, замкнутым на себе – и я говорю это не потому, что они издевались надо мной. Есть множество городов, где надо мной издевались, но чью музыку я люблю. Слушай. Я жила в одной комнате с Лоис Маффео[257], она постоянно включала мне «Marine Girls» и «Kleenex» [девичья группа 70-х из Швеции] примерно в то же время, когда Курт слушал ту же хрень, а то и раньше. Для него это было спасением, потому что в Олимпии он услышал какие-то поп-группы – так же как «Teenage Fanclub», «The Vaselines», «The Pastels» и прочие милые люди, на которых мне плевать. Он не хуже меня знал о том, что такое слава. Он просто не был к ней готов.