«Nirvana» отыграла в Лос-Анджелесе минут тридцать пять, в том числе исполнив крайне непочтительную песню «The Who» «ВаЬа O’Riley». Курт был очарован «The Who», особенно когда осознал их превращение из авторов едких поп-гимнов в раздутых богов рока 70-х. «Надеюсь, что умру раньше, чем превращусь в Пита Тауншенда», – язвительно заметил Курт по поводу гитариста «The Who», обратившись к самым известным строкам английской группы.

Концерт в «Cow Palace» стал пиршеством индустрии. На нем присутствовали Ривер Феникс и Киану Ривз; посетить трущобы решили и мириады других звезд, помельче. Разумеется, были и знатоки рока. Курта, однако, все это совершенно не впечатлило. Потом он вывесил на двери их с Кортни номера табличку: «Никаких знаменитостей, пожалуйста. Мы трахаемся».

– Мы с Куртом и Кортни прыгнули в машину и поехали в «Kennel Club» на концерт «Melvins», – вспоминает Дебби Шейн. – Все мы зашли в раздевалку, там был Майк Пэттон [солист «Faith No More»]. Он взглянул на Кортни, что-то сказал и засмеялся. Кортни схватила Курта, и они ушли. На следующий день мы встретились за завтраком – Курт, Крист и все остальные. Напротив нас за столом сидели какие-то парни и любовались на то, как «Nirvana» завтракает в модном местечке.

Курту несколько досаждало внимание новых фанатов – как знаменитых, так и безвестных. Ему вообще претило постоянное внимание, он хотел хоть немного то- избавиться от контроля своей жизни и проводить дни, как всего несколько коротких месяцев назад – принимать наркотики да трахаться.

Но не только у Курта в то время были проблемы – взгляните на интервью Криста Новоселича середины 1992 года.

Крист, в отличие от Курта, смотрел своим демонам в лицо, хотя …

– Я слышал, ты бросил пить …

– Я бросил пить первого января,смеется Крист.Перед Новым годом я был в Сан-Франциско. Я уже две недели в турне бухал до чертиков. Как-то я шлялся вокруг гостиницы и стукнулся головойо батарею отопления. Бам! Голову разбил, вся8 крови была, и на следующее утро я проснулся и подумал: «Боже, пора бросать эту херню». Я уехал в Австралию, Японию и на Гавайи иНЕ пил три месяца. Потом приехал домойи тут на меня стал оказывать дурное влияние окружение типа Мэтта [Люкина и Курта Дэниелсона. Сейчас я не пью, когда играю. Раньше я приходил на концерты совершенно пьяный, но сейчас довольно трезв. Я стал более воздержан.

– Может быть, ты стал больше пить из-за давления успеха.

– Да, все так и было. Пришлось научитьсяс этим жить; либо наплевать на славу, либо относиться к ней как взрослый мужчина, а не искать спасения. Бегство к выпивкеэто старая история. Все люди одинаковы, и реакцииу них почти одни и те же.

– Полагают, что «Nirvana» закончит самораспадом.

– Я тут ехал по Сиэтлу и слушал радио. Играли песню «Nirvana». Наверное, нужно было переключиться, но я решил по- слушать,смеется он.И тут диджей заявил: «Вы слышали группу, которую через пять лет не будут звать даже в самые занюханные местные клубы». И я думаю так же.У нас было та много всего. Вышел наш альбом, мы пили, взлетали в чартах, летали в стратосфере, а я, думаю, стал законченным алкоголиком. Но мы отдохнули три месяца, остыли, и все сразу стало нормально.

– Как ты думаешь, успех сильно повредил вашему творчеству?

Перейти на страницу:

Похожие книги