Девушка приехала из известного всем городаN(этот город подробно описан в великой русской литературе, так что не буду на нем останавливаться). А оренбургский платок ей, сжалившись, обменяла на последнее, что оставалось - золотые сережки, одна торговка из Оренбурга. Она эти платки привезла продавать оптом на базар. Евгения долго ехала в душном вагоне, и когда наконец вышла с вокзала в город, увидела кучу разных башен и мост через реку, а под мостом - пляж. День был невероятно жаркий. За городом горели леса, в воздухе роилась мошкара, обещая, в соответствие с народной приметой, еще большую жару назавтра. "Ура!" - воскликнула Евгения, увидев пляж под мостом, на котором загорали несколько студенток. Сбросив одежду, она окунулась в прохладную воду. Что за свежая и прозрачная вода была в Москве-реке! Пусть отсохнут злые языки тех брезгливых людей, которые не только брезгуют купаться на московских пляжах, но еще и разносят по городу нелепые слухи о том, что в реку, дескать, спускают канализацию или что в ней по утрам находят трупы, будто бы выпущенные в воду ночью. Евгения вдоволь наплавалась и нанырялась. Несколько раз она даже влезала на каменного быка Раскворецкого моста и ныряла с него в речную глубину. Когда Евгения, наконец, окончательно вылезла на песочек, она почему-то не смогла узнать место, где входила в воду. Вроде раньше здесь загорали две студентки и удил рыбу коричневый мальчик в панамке, а сейчас их всех не было. И Евгения никак не могла понять, где она оставила свой чемодан. То есть, она помнила, что засунула чемодан в промежуток между двумя большими камнями, да еще и прикрыла фанерной доской, валявшейся неподалеку. А одежду, чтобы не украли - мало ли - на всякий случай убрала в чемодан, а ключик предусмотрительно спрятала в кустах, повесив на тонкую веточку. Ключик-то Евгения нашла, но вот чемодан отсутствовал. Фанера валялась в стороне. Не было сомнений, что кто-то унес ее чемодан. "Вот дураки! - в сердцах сказала Евгения. - Как же вы откроете-то чемодан, если у вас ключика нету!" Она повертела ключик на пальце. Собственно, этот ключик, да еще сережки в ушах - было все, что осталось у Евгении. "Эх, как же это я..." - досадливо пробормотала девушка. И правда, сбежав с моста к речке и волоча огромный чемодан, она так запарилась и так хотела искупаться, что не подумала. "Точнее, подумала, да только не то, что надо!" - сказала теперь вслух Евгения. Там как раз загорали две студентки. "Раз они топлес, то мне и вообще без ничего можно! - вот что подумала Евгения. - Я ж не отсюда, кто меня тут знает, а купальника с собой в Москву не привезла - кто же знал, что тут так жарко будет и речки кругом. Да и народу почти нет. Студентки - они же женщины, а мальчик с удочкой - не в счет, еще маленький. Вот так и оказалась Евгения совершенно одна посреди огромного города, без чемодана, без документов, которые были в чемодане, без денег, которых у нее было много в кошельке, но этот кошелек она засунула под замок в чемодан, и без одежды, которая тоже осталась в злосчастном чемодане. "Эх, - вздохнула Евгения и села на камень, обхватив колени руками. - Понадеялась я на тебя слишком, чемодан! А ты взял меня - да подвел... - тут с другого берега донесся колокольный звон, Евгения подняла глаза и увидела золотые купола Новодевичьего монастыря. - Под монастырь", - заключила она.
- Ого! - крикнул кто-то за ее спиной. - Да тут нудистки!
Евгения обернулась и увидела трех парней, видно, тоже студентов, которые спускались с моста к набережной.
- Ей, девушка! - закричал один и махнул Евгении рукой.
"Ох, неудобно как-то получается, - сказала себе Евгения. - Что ж это я буду... смущать бедных ребят. И неприлично как-то".
Она разбежалась и прыгнула с камня в воду.
- Куда же ты! - кричали вдогонку студенты.
