— Викор, держите саблю иначе, чем лёгкий меч! Вы привыкли биться лёгким, почти прямым мечом, а это абордажная сабля! Тут стиль другой — так вы руку отмотаете! Бейте на пробивание, она тяжёлая, и не забывайте про гарду — это тоже оружие, как кастет. Так, так…нет! Вас учил отличный мастер, но с учётом того, что у вас больная нога. Вам надо полностью перестроить свои движения — вы должны двигаться по площадке, а не стоять на месте, как раньше! Ага! — вот так, так…двигайтесь же, двигайтесь! Вы всё время как будто боитесь сделать больно своей ноге! Забудьте про ногу, войдите в ритм — левая рука принимает удар на кинжал — вообще — надо вам купить мечелом. Лучше не кинжалом принимать удар, а именно мечеломом — им и шпагу сломаете, и меч сломаете или просто захватите, и противника можно ударить — я вам завтра у оружейника подберу мечелом.
Каран оказался очень очень умелым и терпеливым учителем — мне действительно пришлось переучиваться заново в фехтовании, и не только в нём. Все мои навыки были уже годами заточены под хромую ногу, под мою ущербность, и теперь я с трудом вытаскивал из памяти свои старые навыки «ниндзя». Вместе с фехтованием, мы отрабатывали и рукопашный бой. Но — тут мне уже не было соперников, никто из моих спарринг-партнёров — ни Каран, ни другие охранники не могли со мной соревноваться. Я их «убивал» за считанные секунды. Тут уже я был учителем…
Скоро, после занятий, усиленного питания и тренировок, я практически набрал прежнюю форму — может быть и не такую, как когда-то, в спецшколе, но вполне достаточную, чтобы уверенно противостоять одному и нескольким противникам. Но я не оставлял тренировки и дальше. Через несколько недель интенсивных тренировок, я вполне спокойно побеждал в фехтовании всех охранников, а частенько даже Карана — всё-таки прежние мои умения, навыки давали себя знать — умение не пропьёшь.
Шли дни за днями, недели за неделями — наш бизнес на острове процветал — всё больше и больше людей обращалось к нашим услугам, услугам лекарей. Наш медицинский пункт был открыт круглосуточно — для тех, кто хотел воспользоваться услугами. Амалон ворчал, но всегда шёл лечить тех, кто к нему обращался — в любое время суток.
Увы, как всегда, во все времена и во всех мирах — хорошее когда-то кончается… Началась война.
Всё началось с беготни на улице — я как раз сидел с Амалоном и под его диктовку записывал ингредиенты для заклинания лечения нарывов, когда в дом ворвалась тётушка, сопровождаемая приставленным к ней для сопровождения на улице, охранником:
— Ой, что делается! Там на море корабли, всё море заполнено! С них лодки идут, с солдатами! Говорят — император послал войска, чтобы пиратов побить! Ой, что делать-то?! Побьют нас тут!
Амалон побледнел и стал лихорадочно собираться книги, рукописи, чернила. Ко мне подошёл Каран:
— Уходить надо, господин Викор. Похоже конец городу. Сейчас пожгут, побьют всё.
— Куда уходить будем, Каран? Я острова совсем не знаю…
— Вглубь уйдём. Он тянется на шестьдесят миль, и в ширину сорок — уж где-нибудь укроемся. Тут оставаться точно нельзя.
— Собирай людей, продукты, вещи, снимаемся. Амалон, оставьте книги, нам сейчас надо будет не книги с собой взять, а продукты и одежду. Тётушка Мараса — идите собирайте продуктов с собой, а я сейчас…
Я пошёл в свою комнату — там под кроватью лежали завёрнутые в одеяло мои капиталы — с собой тащить их было нельзя, оставлять — тоже глупо, или разграбят, или сгорят в огне, превратившись в слиток золота. Вынув котомку — посмотрел на неё, подумал, завязал в простыню, одеяло и потащил во двор. Там ещё никого не было, все собирались в доме, я посмотрел в тёмный зев колодца и плюхнул узел вниз…под тяжестью золота он лёг на дно. Если когда-нибудь вернусь сюда — вычерпаем колодец, достанем, а не вернусь — пусть уйдёт в землю. Из землю пришло, в землю уйдёт.
На улице уже чадили первые костры подожженных домов, слышались крики. Весь наш персонал стоял во дворе и ожидал команды.
— Все уходите за Караном! Я немного задержусь тут.
Я метнулся в дом и не стал смотреть, как через калитку в заборе сзади наши уходят в неизвестность. Мне надо было сделать ещё кое-что. Не чувствуя ног, взлетел наверх, взял свой меч, надел эльфийский плащ — один я отдал Карану, кинулся из комнаты — потом вспомнил — камешки забыл. Я так и не удосужился узнать об их цене — всё некогда было, золота и так хватало, да и времени не было на оценку. Сунул мешочки с камешками в карман, на пояс повесил мечелом, завернулся в плащ и выскочил из дома.
На улице творился кромешный ад — бегали, кричали, суетились люди, пытаясь спасти своё имущество, в город ворвались солдаты, целенаправленно уничтожавшие строения и всех, кто попадался на пути. Я понял — и моему дому не суждено было долго жить… Бегали специальные факельщики, поджигавшие всё, что могло гореть. Шёл грабёж, возле домов лежали трупы тех, кто не успел спрятаться или убежать.
