Во мне вскипели злоба и ненависть: я захотел уничтожить этого предателя на месте, разорвать его голыми руками. Но через мгновение я осознал, что эти чувства, как будто навязаны мне.
— Что это? Ярость вместо испуга? Посмотри лучше туда, — он указал пальцем вверх. Надо мной весело ледяное зеркало.
Оно было направлено так, что я прекрасно видел свое прикованное голое тело. Рассмотреть комнату было невозможно, но я увидел одну деталь, которая мне сильно, очень сильно не понравилась. Небольшой столик… с огромным количеством хирургических инструментов. По телу пробежал холодок. Вот как он решил меня исследовать.
— Мне не особо хочется, чтобы ты как-нибудь испортил эксперимент, так что я отключу тебе боль и рвотный рефлекс. Надеюсь, ты сможешь насладиться нашим экспериментом.
Быстро сделав несколько пассов руками, он возложил их на мое тело, и в меня влилась магическая энергия. Боль полностью ушла, но это ни на йоту не облегчило мое положение. Каас взял небольшой кинжал, похожий на скальпель. Свет блеснул на металле, и меня обдало холодным потом. Этот недохирург начал напевать какую-то песенку и поднес скальпель к моему животу. Я прекрасно это видел, и, когда я попытался зажмуриться, ничего не получилось.
— А кто это пытается глаза закрыть? Нет и нет, ах, я забыл сказать, что и эту функцию твоего организма отключил. Не переживай, магия будет увлажнять твои глаза. Ты все прекрасно увидишь, — прервал свою песню этот отморозок.
У меня пронеслась мысль: «Как? Как его отвратительную натуру не разглядели другие члены Ковена?» — Но тут все мои мысли сосредоточились на одном. На ноже, который успел разрезать мне грудину от солнечного сплетения до паха. Если бы я мог, меня стошнило бы от зрелища своих внутренностей. Эти кроваво-красные мешки пульсировали, всей своей активностью показывая, что я еще жив. Надежда, что это просто очень затянувшийся кошмар, и я вот-вот проснусь, казалось, успела появиться, но тут же была исчезла, когда я ощутил, как мой мучитель погрузил свои пальцы мне в живот. А потом был запах железа, сильный, густой, он разлился по комнате и захлестнул мои рецепторы. Через секунду Каас перебирает мои кишки, желудок, печень, поджелудочную железу, дотрагивается до почек. Вой ужаса прорвался сквозь маску, которой сковали мой рот.
— Ну-ну, тише, — произнес этот сумасшедший голосом отца, успокаивающего своего ребенка. — Мы только начали.
Он действительно только начал. Мозг отказывался воспринимать ужас, отражающийся в зеркале. Исследовав мою брюшную полость, он перешел к конечностям. Я не понимал и не хотел понимать, как магия успевает восполнять кровь, вытекающую из меня. Он разрезал конечности с внутренних сторон и обследовал мышцы. Он отделял по несколько волокон мышц и изучал их под лупой, и тщательно осмотрел кости. Вены и артерии его не особо интересовали и остались невредимы. Я видел, как они пульсируют в унисон симфонии сумасшествия, которую отбивало мое сердце.
Следующей стала моя грудная клетка, он раскрыл ее, как книгу. И под ребрами я увидел, как колыхаются мои легкие, наполненные запахом моей собственной крови, как бьется сердце, гонявшее эту кровь, видел прямой пищевод, уходящий в желудок.
Находясь на грани сумасшествия, я подумал, что подобное могли бы видеть патологоанатомы, если бы к ним по ошибке привезли живого человека под наркозом. Не знаю, сколько времени прошло после начала этой пытки, но мой мучитель подходил к каждой части моего тела с особой тщательностью. Еще он сетовал, что не может ничего забрать себе, ведь мое тело нужно его повелителю полностью.
— Чтоб, ты и твой повелитель, и вся ваша шайка провалилась в космические бездны… — безысходность пропитала мой измученный рассудок.
— А этого хочешь ли ты, смертный? — Прошелестел в моей голове чей-то голос, тихий и вкрадчивый голос. Голос, которого не должно слышать не одно живое существо.
— Кто это? Кто со мной говорит? Мара, это ты?! Нет, наверное, я уже схожу с ума, — В этот момент свихнувшийся маг переходил к моему паху.
— Неверно. Ты еще не сошел с ума, пока. Но совсем близок к этому, да. Кто же я? Что же я. Полагаю ты знаешь, кто такие Великие древние и Внешние боги.
— Нет, не может быть. Вокруг этого мира стоит барьер, вы не можете проникать сюда… — животный ужас перекрыл все ранние ощущения. А вскрывавший меня психопат, похоже, принял ужас в моих глазах на свой счет и рассмеялся, вторя ему рассмеялся и голос из иного измерения.
— Как ты думаешь, как мой неудачный отпрыск отдает свои скудоумные приказания? Так же и я могу дотянуться до тебя. До разума, что почти довели до животного безумия. До сладострастного безумия, — этот голос заполнял мое сознание.
— Что, что тебе нужно? — мои мысли заплетались. — Вы бы не стали… со мной связываться, чтобы просто поиздеваться надо мной, — ощущение, что скоро все станет еще хуже, проникло в каждую мою клетку, которые рассматривались монстром в оболочке архимага Ковена.
