Ее раздражала эта ситуация с попытками исключить ее учителя, Салима из Ковена, но Хигвад уже давно хотел протолкнуть своего протеже на место архимага. Мальчик хоть и был довольно порядочен, но слишком подвержен влиянию своего наставника. Кайрана еще в первый раз высказала свое мнение и не собиралась его повторять, но не она одна сидела спокойно, сохраняя молчание.
Старейший член Ковена, один из основателей Университета, представитель расы эльфов, Адран. Говорили, что он настолько стар, что, возможно, застал эпоху Заселения. Этому охотно верится, когда при взгляде на него видишь не вечно молодого красавца, а покрытого сединой и с аккуратной бородкой старца. Если он высказывался по каким-то вопросам, то его слушали безоговорочно. Он не был одарен в магии пространства, но всегда интересовался работами Салима и Кайраны. Ведь они смогли создать стационарные телепорты для дальних расстояний при использовании минимального количества магической энергии и максимальной стабильности переноса.
Перепалка шла своей чередой, когда глаза Адрана широко раскрылись, и он произнес: Тишина! — удивленные взгляды семерых разумных скрестились на нем, а старец эльф спросил у Кайраны. — Салим связывался с тобой в последнее время?
— Да, три дня назад он сообщил, что достиг успеха в своих изысканиях. Однако меня одолевают большие сомнения, что его здоровье не подводит его, как он пытался меня уверить, — спокойно ответила она.
— Скорее всего, ты права… Я почувствовал его смерть, — грусть пропитала голос старейшего члена Ковена.
— Не может быть… — в шоке произнесла Кайрана и откинулась в кресле. Но вскочив, достала небольшой амулет в виде маленькой лошадки. Подаренный Салимом, он всегда грел Кайрану, но сейчас от него исходил холод.
— Мне жаль, но есть еще одна новость… Скорее всего, он использовал свою смерть как катализатор, — после фразы Адрана все начали наперебой спрашивать, о чем говорит он с Кайраной.
— Катализатор для чего?! Адран, Кайрана, объясните, чем занимался Салим! — выкрикнул вилор, которого называли Хигвадом
— Он занимался проблемой межмировых порталов. Вы все знаете, что при смерти мага выделяется огромное количество магии. Здоровье моего друга начало его подводить и поэтому он не появлялся на собраниях. Мы об этом не сообщали Ковену, чтобы у Салима не было причины опасаться за свое место в Ковене. А по поводу катализатора… Он использовал свою смерть и выброс энергии для реализации своего проекта.
— Что это был за проект? — сразу же заинтересовался другой старый вилор, сидящий на шестом кресле.
— Призыв сущности из иного мира, — ответила Кайрана и тут же спросила. — Адран, он преуспел?
— Да, девочка, Салим смог призвать кого-то или что-то, и нам нужно найти результат этого эксперимента.
Мир Аресиль. Континент Катун.
Первое, что я увидел, когда пришел в себя, было небо, но это небо… Оно было странным: не голубое или синее, а подернутое красным, но солнце было близко к зениту. Да и солнце почему-то было… Зеленым?! Я тут же вскочил на ноги, но не удержался и рухнул на колени. Все, что было в желудке, потребовало выйти наружу, но я смог сдержаться. Мысли бегали в голове, как тараканы во время пожара. Но одна из них прям стучала набатом: «Я. Попал. В. Другой. Мир»
— Как?! Как это случилось?! — воздух всколыхнул мой крик.
Множество фэнтези про попаданцев пылилось на моих полках, но я всегда считал, что со мной ничего такого никогда не произойдет. Осмотревшись, я осознал, что стою посреди леса на полянке. Она была идеально круглой, и в центре была выжжена то ли пентаграмма, то ли магический круг из рун. Возле круга лежало тело. Оно лежало лицом вниз, и я перевернул его: это оказался старый мужчина, только был он мертв. Лицо старика выражало умиротворение, и довольная улыбка осталась на его губах.
Я к мертвым телам относился без какого-то трепета и страха. Моя рука закрыла ему глаза, а мое внимание привлек лист бумаги, лежащий под его телом, пока я не перевернул старика. Это была не бумага в привычном виде, а, скорее, пергамент. Сам мужчина выглядел, как будто сошел со страниц книги: длинный в пол балахон красно-белого цвета, расшитый золотыми и черными узорами.
На бумаге схематично было нарисовано что-то вроде инструкции. Там была карта, как от этой поляны добраться до какого-то жилища и, вроде, просьба взять подвеску с шеи этого старика и в доме поместить на стойку на столе. А еще какие-то каракули снизу. Они напоминали буквы, но для меня все равно оставались каракулями, так как местный язык был мне явно не знаком. Возможно, в доме будут хоть какие-то книги, по которым я смогу обучиться. Ведь этот мужчина решил оставить мне понятные инструкции, а значит мог и подготовить материал для обучения.
