А потом мы опять танцевали, теперь уже втроем. Рик постоянно метался между мной и Лаурой, не зная кого же из нас ему выбрать. Под конец танца, Рик подбежал к стене и, падая на колени, закрыл руками лицо, а мы с Лаурой остались один на один. В полной тишине мы, стояли напротив друг друга. Две некогда лучшие подруги, которые теперь превратились в соперниц.
Лаура первой начала танец смерти, поединок, после которого в живых останется только кто-то один из нас а тот, кто победит, получит Эрика. Мы с Лаурой то сходились, то расходились в разные стороны, подвластные такту музыки. Мы ненавидели друг друга, мечтая навсегда избавиться от соперницы.
В руках Лауры блеснул кинжал. Стремительное приближение, удар и я замираю, обхватив грудь, из которой торчала рукоять кинжала. Отведя руку от раны, глядя на окровавленную ладонь, я медленно осела на пол.
Лаура начинает двигаться в победоносном танце, в то время как мое тело покрывает туман, благодаря которому я и уползла со сцены.
Оказавшись в маленькой комнатке за сценой, я сразу же привела себя в порядок.
— Элла, — Фелиция пристально всматривалась в мое чистейшее и недырявое платье, и даже ладонью провела по тому месту, откуда у меня совсем недавно торчал нож.
— Со мной все в порядке, — заверила подругу. — На мне ни царапины. Это всего лишь представление.
— Вы с ней должны были подраться, о том, что ты планируешь умереть на сцене, ты не единым словом не обмолвилась, — упрекнула меня подруга. — Если даже я подумала, что Лаура тебя покалечила, то я представляю что испытали те, кто находится в зале.
Дверь, слетев с петель, упала куда-то на сцену, а перед моими глазами предстал всклокоченный Мирослав.
— Прости, — вырвалось. Я только сейчас поняла, что мне следовало его предупредить. А ведь в зале еще и мама.
— Пусти, — мне не удалось проскочить мимо Мирослава на сцену.
— Живая, — выдохнул он мне в ухо, крепко прижимая к себе. — Выпорю и привяжу к себе и больше ни на шаг не отпущу.
— Там мама, я должна сказать ей, что жива и здорова.
— Элла, ты меня больше так не пугай, пожалей, могла бы хотя бы предупредить.
— Мне эта идея пришла в голову в процессе танца, и я мысленно попросила Лауру именно так его закончить, и кинжал у нее был ненастоящий.
— Но я-то этого не знал, — объятия Мирослава стали еще крепче.
— Эл-ла, — раздался сбоку дрожащий голос матери.
— Мама, это всего лишь представление, — мне удалось отстраниться от Мирослава.
— Ты доченька только не обижайся. Но я сюда больше не приду, — в глазах матери стояли слезы.
— Прости, я не хотела тебя расстроить, — порывисто обняв мать, тоже расплакалась. — Я всего лишь решила поэффектней закончить наше выступление.
— Уверяю тебя Элеонора, что это твое выступление запомнят надолго. А теперь давай-ка быстренько утирай слезы и спасай свою подругу, которую из-за тебя зрители готовы порвать на кусочки.
Поспешив на сцену, заметила, как Лаура безуспешно пытается утихомирить разъяренных зрителей, некоторые из которых уже начали атаковать сцену.
— Со мной все в порядке, — мой голос, перекрывая гомон толпы, усиленный магией пронесся по залу. — Это было всего лишь представление. — Я выдержала небольшую паузу, во время которой подошла к самому краю сцены. — Я опечалена тем, как вы себя повели, но с другой стороны, ваша реакция лучшее доказательство того, что все мы замечательно отыграли свои роли. Мне не хочется, чтобы вы ушли отсюда с осадком горечи, поэтому я в заключение нашего вечера спою несколько песен.
— Ты теперь долго, очень долго будешь меня успокаивать, — воспользовавшись запасным выходом, мы с Мирославом на лифте, поднимались к себе в номер. — Я весь напряжен, чувствую себя как сжатая пружина, готовый в любую секунду броситься на твое спасение.
— Искуплю и исправлюсь, — поклялась, прикидывая в голове, как именно можно это сделать. — Хочешь, я привяжу тебя к кровати и буду до утра заглаживать свою вину?
— Лучше я тебя привяжу, — в глазах Мирослава заплясали бесята. — Ты меня весь вечер мучила и изводила, теперь моя очередь.
— Пожалуй, я спущусь и еще немного посижу в ресторане. Подожду, пока ты остынешь.
— Ну, уж нет. — Лифт остановился и Мирослав, подхватив меня на руки, понес в номер.
Воскресение
— Элла прости, если разбудил, но мы вчера договаривались с тобой насчет камня и проверки на истинность пары. — Феликс меня действительно разбудил. Сколько же мы с Мирославом проспали?
— Хорошо, давайте встретимся через два часа, — мне еще требовалось окончательно проснуться, привести себя в порядок и что-нибудь закинуть в рот.
— Называй адрес.
— У вас в кабинете. Легче маму с камнем сюда доставить, чем тащить всех к нам.
— Согласен. Через два часа у меня и чтобы без опозданий.
— Слушаюсь босс. — Телефон выпал из ослабевшей руки, глаза закрылись, и я собралась еще часочек вздремнуть.
— Я все слышал, — сообщил мне Мирослав.
— Поздравляю, — сказала сонно.
— Не спи, — Мирослав стал тихонечко меня толкать.
— И чем предлагаешь заняться?
