— Нисколечко, потому что большой иллюзорный камень останется у меня.
— Спасибо, ты только не забудь, и не передумай, ладно?
— Ладно.
— А можно я с тобой сяду? — попросил Матвей, когда мы с ним уже зашли в аудиторию.
— Садись, — я безразлично пожала плечами. На всеобщем, я статью дописывать не собиралась, поэтому мне было все равно сидеть одной или же с кем-то.
На протяжении всего занятия, я наблюдала за Мирославом, который то и дело бросал в мою сторону взгляды, но к удивлению так ни разу меня и не спросил. А я смотрела на преподавателя, про которого должна была написать статью и понимала, что мне не хочется этого делать. Зря я пошла с ним на сближение, теперь мне намного сложнее будет обливать его грязью и уличать в несоответствии с занимаемой должностью. А еще, пообщавшись с Мирославом, я была практически уверена в том, что он не пойдет на то чтобы брать деньги со студентов, если конечно он не проигрался, и ему срочно не потребовалось погасить долг. Чужая душа потемки.
— Элла, — меня потрясли за плечо. — Ты что заснула что ли?
— Что? — я мутным взглядом обвела полупустую аудиторию.
— Надеюсь, ты не собираешься здесь ночевать? — Матвей еще раз потряс меня за плечо.
— Нет, — покачав головой поднялась. Похоже, что я так глубоко ушла в свои мысли, что даже громогласной сирены не услышала.
— Хочешь, я тебя провожу? — стал набиваться ко мне в провожатые Матвей.
— Нет, я слишком далеко живу, и поэтому вызову такси, до которого ты меня можешь проводить, — смягчила отказ улыбкой.
— Ты только не забудь про иллюзорный камень, — напомнил он мне.
— Не забуду. — Достав мобильник, включила его. — Ничего себе, присвистнула. Мне несколько раз звонила Амалия, а в сообщении, которое она мне прислала, начальница просила меня срочно к ней заехать.
— Что-то случилось?
— Поездка домой отменяется, прежде придется заглянуть в одно место.
— Если хочешь, то я могу поехать с тобой, — предложил Матвей.
— Не в этот раз. Я еду к подруге. — Не говорить же парню про начальницу. — Как понимаешь задушевного разговора, если ты со мной к ней приедешь, у нас не получится.
Выйдя за пределы академии, я в ужасе уставилась на припаркованную машину Антонио, в которой находился и сам ее хозяин.
— Матвей, а ты где живешь?
— В сорока минутах ходьбы отсюда.
— Я тебя подвезу, давай садись в машину, — не попросила, а скорее приказала.
— А если откажусь? — ни с того ни с сего заартачился парень.
— В таком случае мне придется очень долго выяснять отношения с тем, с кем я бы хотела не видеться вовсе, и не факт что в этом случае я попаду к подруге. А ты если согласишься прокатиться со мной, выручишь и спасешь меня от неприятного разговора.
— Если так, то я согласен. — Матвей сел рядом со мной на заднее сидение.
— Спасибо.
— Не за что. Только знаешь Элла, таким образом, ты не убежишь от неприятного разговора, а лишь отсрочишь его.
— Знаю, но на данный момент предпочту убежать, — полуобернувшись, я заметила, что машина Антонио последовала за нами.
— Там в машине твой парень? — поинтересовался Матвей.
— Нет.
— Значит, мне нечего бояться и он не нападет на меня с кулаками, требуя, чтобы я с тобой рядом больше не появлялся? — Я только сейчас поняла, как подставляю Матвея.
— Бить он тебя точно не будет. Прости, что я втянула тебя во все это.
— Да ладно, сочтемся, — и парень подмигнул мне, намекая на иллюзорный камень, который я ему пообещала.
Такси остановилось у одной из многоэтажек и я, проследив за тем, как Матвей заходит в подъезд, попросила отвезти меня в редакцию. Машина Антонио последовала следом за нами.
— Добрый вечер Амалия, — постучавшись, зашла в ее кабинет. Антонио меня не окликнул в тот момент когда я, выйдя из такси, направлялась в здание редакции, и я этому была несказанно рада.
— Элеонора проходи, присаживайся.
— Что-то случилось?
— Да. — Амалия достала графин с настойкой и поставила на стол два бокала.
— Все так серьезно?
— Нас уже почти нет, — плеснув в бокалы настойку, она протянула один из них мне. — Давай выпьем.
Сейчас сидя напротив Амалии, я заметила у нее темные круги под глазами и несколько появившихся морщинок.
— Рассказывайте, — попросила, пригубив крепкую настойку.
— Нас спасет только чудо, — выпив содержимое своего бокала, Амалия налила себе новую порцию.
— А если опубликовать несколько сенсаций? — пусть у меня их и не было, но если потребуется, то я их раздобуду.
— Бесполезно, все бесполезно. В лучшем случае мы продержимся на плаву еще месяц, а потом все равно конец. — Амалия залпом выпила налитую в бокал настойку. Я тоже сделала несколько глотков. Потому что новость убила.
— Может быть есть варианты? — как только я поставила бокал на стол, Амалия подлила мне в него настойки и про себя не забыла.
— Пока еще есть, — женщина невесело усмехнулась. — В течение двух недель, я могу за копейки продать журнал, — "обрадовала" меня Амалия и появившаяся было у меня надежда, потухла.
— Но может все же стоит попытаться?
— Можно, у меня даже на это целых две недели есть. После чего меня попросту раздавят, оставив о журнале лишь воспоминания.
