Так как вести себя тихо уже не было причин, Мейснер пинком ноги открыл дверь. Мы попали в небольшое помещение, заставленное какими-то деревянными ящиками. Я увидела Лавинию. Она была прикована наручниками к какой-то трубе. Всё её тело было в глубоких кровоточащих порезах – руки, ноги, шея, плечи!.. У неё было порезано лицо так, что кровь покрывала его, как маска! Джинсы были спущены. Я сделала шаг… ещё один…А, затем, побежала к ней, забыв о том, где я нахожусь! Ноги Лави были испачканы кровью, руки она сжала в кулаки, глаза она крепко зажмурила. Она что-то говорила, но так тихо, что я не могла разобрать, что именно. Лишь, наклонившись к ней поближе, я смогла разобрать:
Пять минут назад я говорила, что я не смогу легко убить, но сейчас… Я была готова убить того, кто это сделал! Я помнила Лави весёлой, уверенной в себе и видеть её вот такой… было для меня невыносимо!
- Лави, Лави, это я, Милена! Лави, ты меня слышишь? – тихо позвала я.
Она меня не услышала. Я встала и впервые посмотрела на тех, кто был в подвале:
- Кто это сделал?
- Ты Милена Бэлоу, верно?
Со мной заговорил мужчина пятидесяти лет. Коренастый, не наделенный мощной, выпирающей мускулатурой. Волосы темные. Прямой нос, темные, глубоко посаженные карие глаза. Неприятные глаза.
Кроме него в помещении было ещё человек пятнадцать. Все вооружены.
- Я Филипп, – сказал он. – Это со мной у тебя недавно состоялся телефонный разговор…
- Кто это сделал?! – закричала я, не давая ему договорить.
- Я, – ответил Филипп, – Понимаешь… Твоя подруга очень хотела всё рассказать полиции. Мы убедили её, что это – неправильное решение. К тому же, после разговора с тобой, девочка, я понял, что денег мне не видать. Надо же было на ком-то сорвать свою злость. Или ты всё же принесла мне деньги? Хотя, то, что ты привела с собой кого-то… это было неразумно с твоей стороны.
- Я убью тебя! – сама не веря, что говорю это, произнесла я, направляя на Филиппа пистолет. – Ты умрёшь! За такое… за такое тебе не жить!
- Какие громкие слова, девочка! – расхохотался бандит. – Ты думаешь, что можешь убить меня? Мои люди убьют тебя раньше!
- Ты в этом настолько уверен? Давай проверим, кто успеет первым – твои люди или я! Если я, то тебе после смерти будет уже всё равно, что меня тоже убьют!
- Милена, он делал это не один, – вдруг сказал Лекс, кивнув на Лави. – Можно даже сказать, что он был больше наблюдателем, чем участником. Я слышу его мысли. Он насиловал её, но раны – не его рук дело.
- Слышишь мысли? – переспросил Филипп. – Так ты тоже из этих… из экстрасенсов?
- Кто это сделал с Лави, Филипп?! – вновь прервала я его.
- Я. Дальше что? Кстати, с девчонкой было скучно – она так быстро сломалась.
Это был парень, лет двадцати пяти. Довольно высокий, стройный до худобы. Светлая кожа, короткие тёмно-рыжие волосы. Глаза... Я никогда не встречала у людей глаз чистой бирюзы. Такое, вообще, бывает? Наверное, в роду парня был кто-то из нечеловеческой расы. Его движения были плавными, медленными. Ими он напоминал ленивого сытого кота… А ещё он ухмылялся. Знаете, такой самоуверенной, наглой усмешкой, которую я возненавидела в первую же секунду!
- Ты?! – с изумлением смотрел на незнакомца Мейснер. – Откуда ты здесь?!
- Ты его знаешь? – спросила я киллера.
- Да, – кивнул тот. – Это – Рейф. Уж извини – фамилии не знаю. Такой же наёмный убийца, как и я. Правда, с одним отличием. Рейф чувствует огромной наслаждение, мучая обычных людей. Он садист. Мне же это неинтересно. Какой смысл мучить тех, кто и так слаб? Ах да. Ещё он – гипнотизёр, о котором говорил Альвар.
- Так это ты лишил Лави возможности сопротивляться и мучил её?! – обратилась я к Рейфу.
Никогда и никого мне так не хотелось убить, как вот этих двоих здесь и сейчас! Ладно, будем честными. Я до этого момента, вообще, никого не хотела всерьёз убить, лишить жизни!
- Я использовал гипноз только тогда, когда эту девчонку забирали сюда, – ухмыльнулся Рейф. – Во всём же остальном… нет. Зачем? Использовать гипноз, чтобы она безропотно делала всё, что угодно? Скучно! Гораздо интереснее, когда жертва всё понимает, чувствует и вопит! Кстати, а ты кто такой? – поинтересовался он у Лекса. – Ты знаешь моё имя и знаешь, кто я. Но… я тебя не помню.
- А я, вообще, личность незаметная, – усмехнулся Лекс. – Простой наёмник для мелких незаконных дел.
- Так ты не принесла деньги, девочка? – вмешался в разговор Филипп. – Вместо этого ты привела с собой мелкого наёмника, как будто он может тебе чем-то помочь? Самоуверенности тебе не занимать! Это смешно! Но… Может мне, действительно, тебя отпустить?
- С чего это, вдруг, такое решение?
