- Загир, – обратилась я к Альвару. – Слушай, пока ты здесь, я хочу тебя кое о чём попросить. Ты можешь научить меня стрелять?
- Зачем тебе это? – удивился Загир.
- Хочу убить Филиппа и Рейфа, – прямо ответила я (м-да, никогда не думала, что когда-нибудь буду так спокойно и всерьёз говорить об убийстве).
- Давай-ка, для начала, выйдем из полицейского участка, – предложил Альвар здравую мысль. – А то, говорить о стрельбе и убийствах в полиции – это…
- Упс! – поняла я свою глупость и безоговорочно согласилась.
- Так ты хочешь прикончить Филиппа и его помощника из-за того, что они сделали с твоей подругой? – спросил Загир, когда мы уже были на улице.
- Да. У меня ещё должна быть какая-то причина? По-моему, и этих, вполне, достаточно. Так, ты согласен?
- Я-то, да. Остаётся спросить твоего кукловода.
- Кай, – обратилась я к парню. – Пожалуйста. Мне это очень надо.
- Если Милена придёт к тебе сегодня вечером, тебя это устроит? – сдался Макфей.
- Вполне, – ответил Альвар.
- Только не думайте, Милена и Загир, что я забыл уже о том, что вы натворили сегодня! – предупредил Кай.
- А что такого мы сделали? – спокойно пожал плечами бизнесмен. – Просто выпили, погуляли.
- Ага, вместе с этим ввязались в драку, побили что-то, разбили пару стекол, – перечислил Кай. – Мне дальше продолжать?
- Не надо! – смущённо сказала я (всё-таки, было стыдно). – Мы виноваты, признаю. Я готова понести любое наказание. Но, заметь, Кай, что твоя вина в этом тоже есть.
- Интересно, где? – хмуро взглянул на меня кукловод (я в первую секунду пожалела о том, что заикнулась об этом, но, раз уж начала говорить, то надо договаривать).
- А нечего меня было стравливать со своей семейкой. Разумеется, я была расстроена и зла. Тебя видеть не хотелось, а кроме Загира я в Гарэне никого не знаю, – объяснила я, конечно, про себя понимая, что из-за своей вспыльчивости поступила очень глупо, но признавать это вслух я не собиралась.
- То, что ты пошла к Альвару – это ерунда, – сказал Кай. – Объясните мне лучше, как вам пришло в голову напиться?! Загир, это к тебе, в первую очередь, вопрос! Милене восемнадцати ещё нет, да и алкоголь был не её! Споить, что ли, решил?!
- Она сама захотела, – Загир нисколько не чувствовал себя виноватым. – Кто я такой, чтобы что-то запрещать Милене? К тому же, было интересно, что из этого выйдет. Правда, результат вышел не то, чтобы очень положительный, – с иронией произнёс он, кивнув на полицейский участок. – Но, ведь, в конце концов, всё закончилось хорошо.
- Ага, не считая порчи чужого имущества, синяков, ссадин и, вконец испорченной, одежды, – тихо сказала я.
- Ладно, чёрт с вами! – махнул рукой кукловод. – Возвращаемся в «Шисуну».
Глава 38.
Глава 38.
- Откуда взялись эти Кавэлли?! – раздражённо произнёс Винсент, нервно нарезая круги по своей комнате. – Я думал, что раньше, чем через неделю, они с Бэлоу связываться не будут!
- Похоже, у них изменились планы, – с абсолютным спокойствием сказал Анхель, расслабленно сидевший в кресле. – Только вот о чём они говорили с Миленой, я не мог услышать. Почему тебя это так нервирует? Что они могли ей такого сказать, что как-нибудь повредило твоей игре?
- Они много чего могли сказать! – злобно сказал Ванхам. – Конечно, ничего такого, что могло бы бесповоротно всё мне испортить, но… не зная, что именно Кавэлли ей сказали, я не знаю, как вести себя с ней!
- Ты с Миленой сейчас, всё равно, не видишься, – пожал плечами Анхель. – Так, в чём проблема? Мне кажется, что ты просто бесишься из-за того, что кто-то ещё, без твоего разрешения, пытается влезть в окружение Бэлоу. Но, ведь, у Кавэлли есть полное право на это. Они её семья.
- Мне плевать, кто они для неё! – рявкнул парень. – Хоть семья, хоть кто-то ещё!
- Похоже, у тебя сегодня просто скверное настроение, – встал с кресла падший ангел. – Когда ты в таком состоянии, с тобой общаться хочется ещё меньше, чем обычно. Кстати, долго ты ещё собираешься держать эту девчонку у себя? – кивнул он на Николь, забившуюся в угол комнаты и с ужасом смотрящую на двух мужчин.
Вид у девушки был далеко не идеальный. Одежда во многих местах порвана, по всему телу синяки… И взгляд, как у затравленного зверя, которому уже некуда бежать, но, который ещё на что-то надеется. Рядом с ней сидела женщина, с которой Анхель уже видел Винсента один раз. Она с интересом разглядывала Барстоу и, время от времени, для забавы, прикасалась к ней, так как прекрасно знала, что девушка ужасно боится сейчас всего, в то числе и чужих прикосновений.
- Пока она мне не надоест, – ответил Винсент. – Знаешь, она так очаровательно боится. Мне так нравятся люди в таком состоянии! Я люблю людей, когда они страдают, терзаются, злятся, горюют... А тебе, Анхель, не нравятся люди?
- Нет, – сказал Анхель. – Что тысячи лет назад, что сейчас… Человеческая раса не меняется. Скажи, чем она может быть интересна?
- В чём-то ты прав! – рассмеялся Винсент. – Но, разве, не благодаря этой «неинтересной» расе, практически, не бывает скучно?
