- Нелюдью! Это – грубое слово и к тебе оно никакого отношения не имеет! Поняла?! Клянись!
- Эм… Ну-у, хорошо – клянусь, но…
- И без «но»! Как ты могла подумать, что после того, как я узнаю о твоём, не совсем обычном, происхождении, я перестану с тобой общаться?! Ты обо мне такого плохого мнения?!
- Нет! Что ты! – энергично замотала я головой. – Я вовсе не это имела в виду!
- Отлично! Тогда, больше не будем возвращаться к этому разговору. Мы подруги и точка. А теперь, объясни мне, как то, что твоё отец демон, влияет на Рейфа и тебя?
- Кровь у демонов особенная. Тот, кто выпьет её, перестаёт стареть, исчезают болезни... Также у человека появляется зависимость от этой крови, как от наркотика. И ещё… если человек пьёт кровь демона в первый раз, то он станет зависимым от этого демона, если сразу не убьёт его. Правда, зависимость общая. Она выражается в том, что если умрёт демон, то умрёт и человек. А если умрёт человек – умрёт демон. Не спрашивай меня, как я там оказалась, но я была вчера у Филиппа. И, разумеется, Рейф тоже был там. Он насильно поцеловал меня и при этом укусил. Так, моя кровь к нему и попала.
- То есть, ты хочешь сказать, что из-за того, что ты наполовину демон, твоя кровь превратила тебя и Рейфа в зависимых друг от друга?!
- Верно, – обречённо вздохнула я. – Теперь, если с Рейфом что-то случится, то мне не позавидуешь.
- И ты за это у меня прощения просила? – изумлённо посмотрела на меня Лави.
- Да. Если бы я не позволила Рейфу прикоснуться к себе…
- Перестань! – резко сказала девушка. – Во-первых, ты ничего не могла поделать с мужчиной, который раз в пять сильнее тебя. Во-вторых, это мне надо просить у тебя прощения. Это, ведь, я втянула тебя в эту историю с бандитами. Ты связалась с ними из-за того, что меня спасала. Так что, в том, что ты и тот мужчина – Рейф – теперь, можно сказать, неразлучны, моей вины гораздо больше, чем твоей. Ты не за меня переживай, а за саму себя. Я-то, как-нибудь, справлюсь. А вот, что делать тебе? Может, есть какой-нибудь способ избавиться от этой кровной зависимости?
- Если и есть, то я его не знаю. И в библиотеке я, вряд ли, что-нибудь найду. Ещё я боюсь, что Рейф может в «Шисуну» прийти.
- Думаешь, он это сделает?
- Да кто его знает. Он же больной на всю голову.
- А что по этому поводу думает твой кукловод?
- Он думает, что у меня появился телохранитель! – буркнула я. – По мне, так Рейф не телохранитель, а мучитель! И ничего хорошего я в этой ситуации не вижу. Кстати, я хотела тебя спросить. Почему ты мне не сказала, что у тебя есть брат?
- Откуда ты знаешь про Натаниэля?
- Он приходил в «Шисуну». Говорил со мной по поводу Филиппа и всего прочего.
- Мой брат знает о том, что случилось?! – испуганно воскликнула Лави.
- Знает, – кивнула я. – А ты хотела от него это скрыть?
- Я не собиралась говорить ему об этом. Если ты видела моего брата, то ты знаешь, кто он такой. Я не хотела, чтобы Натаниэль в очередной раз переступал закон, тем более, из-за меня.
- Так ты, всё-таки, любишь своего брата, Лави?
- Да, но… это сложно объяснить. Мы с ним никогда не были особенно близки, несмотря на то, что после смерти родителей именно он взял опеку надо мной. Натаниэль, вообще, редко бывал дома и до смерти родителей, а когда их не стало, то чуть ли не ночевать на работе стал. Я всегда знала, что мой брат занимается какими-то незаконными делами. Несколько раз я пыталась поговорить с ним по этому поводу, хотела заставить одуматься. Но Натаниэль лишь отвечал, чтобы я не лезла не в своё дело. А потом меня отправили в «Шисуну» и с тех пор я, практически, и не видела Натаниэля. Я думала, что он и думать обо мне забыл.
- Ты ошибаешься, Лави. Натаниэль думает о тебе и…
- Милена, ты говорила, что разговор между тобой и моим братом был о Филиппе. Может ли такое быть, что это Натаниэль замешан в том, что Филипп мёртв?
- Ну-у… не совсем, но косвенно он в этом участвовал, – призналась я. – А ты в курсе, что твой брат довольно важная фигура в преступных кругах?
- Догадывалась об этом, – вздохнула Лави. – Но вникать во всё это никогда не хотела. Поэтому, приехав в «Шисуну» я старалась забыть и о нём и о его сфере деятельности.
- И ты думаешь, что правильно поступаешь? – спросила я. – Кем бы он ни был, Натаниэль, всё равно, остаётся твоим братом. Если уж на то пошло, то вы двое – единственные родственники друг другу. Может, тебе стоит, хотя бы, встретиться с ним, поговорить? В конце концов, он же беспокоится о тебе. Если бы это было не так, чёрта с два бы он стал встречаться со мной, а потом ещё и с Филиппом и его людьми разбираться.
- Наверное, ты права. Мне стоит с ним встретиться. Но, разговаривать с ним… не думаю, что это будет так просто.
- Такое бывает, что тяжело общаться именно с теми, кто нам дорог. Но, это того стоит. Лави, я хотела тебе кое-что сказать. Возможно, это странно прозвучит, но… я бы посоветовала тебе поменьше общаться с Винсентом.
- Что? Ты о чём, Милена? Мы с Винсентом давно дружим…
- Винсент вовсе не такой, каким хочет казаться, – произнесла вошедшая Николь.
