- Дай посмотреть! – загорелась я, совершенно не представляя, как можно официальным языком документов писать об интимных связях.
- Милена, тебе заняться нечем? Хочешь, найду тебе занятие?
- Нет, спасибо, – отказалась я от подобной перспективы. – Занимать меня ничем не надо, а вот документы посмотреть дай.
- Зачем они тебе? И вообще, ты сама сказала, что после душа спать собираешься.
- Мне интересно, – просто ответила я, пожав плечами.
- Держи, – сдался Кай. – Только перестань мешать мне работать.
- Я ему ещё и мешаю. Ты сам заставил меня переехать к тебе, так что и мучайся теперь, – сказала я, забираясь с Блэком на кровать и открывая первую страницу бумаг.- Кстати, я не думала, что в незаконном бизнесе так много завязано на документах, бумагах…
- А ты что думала? – усмехнулся мой кукловод. – Что такой бизнес состоит только из перестрелок и разборок, как часто показывают в кино?
- В общем, да.
- Ты даже не представляешь, насколько ты не права. В этих делах вся эта макулатура очень часто решает всё. Но ты ведь не хотела вникать в то, чем я занимаюсь, разве нет? А теперь сама же меня и расспрашиваешь.
- Тогда, когда я не хотела этого знать, я ещё не была твоей марионеткой, – ответила я. – Да я и сейчас не особо хочу лезть в это, но человек должен приспосабливаться ко всему. Я поневоле из-за тебя буду сталкиваться с чем-нибудь незаконным, так что… – больше я ничего говорить не стала, а углубилась в чтение.
А что сказать об этом? Ничего интересного я, к своему разочарованию, не прочитала. Было всё написано такими фразами: «Гражданин такой-то имеет интимную связь с гражданкой такой-то; связь длиться столько-то времени; место встречи такое-то» и так далее. Правда, у некоторых было несколько оригинальнее: «Гражданин такой-то имеет интимную связь с гражданкой такой-то и ещё с несколькими гражданками, не знающими о существовании друг друга». А вот фотографии меня порадовали. Ни одного смазанного изображения; везде так отчётливо видны лица, что встретишь на улице – узнаешь сразу. Были фотографии и откровенно-интимные. Не знаю, кто и как их делал, но качеству остальных фотографий они ничем не уступали. Я даже смутилась, когда их просматривала.
- Ты всё? – спросил Кай через какое-то время.
- Да, – кивнула я, отдавая документы. – Только я, всё равно, не понимаю, зачем тебе знать, кто и с кем спит в этой организации?
- Никогда не знаешь, какая информация может впоследствии пригодиться, – сказал парень. – А ты мне так и не рассказала, как прошла твоя встреча с Лексом Мейснером.
- Да ничего такого примечательного не было. Просто в кафе посидели, с одним человеком встретились…
- С каким ещё человеком?
- Зовут Стефан Краус. По словам Лекса, является наёмником. Вроде как, по совместительству, может быть маньяком. А ещё одна девушка решила, что Стефан что-то сделал с её сестрой, с которой он был знаком. В результате, она, увидев нас вместе, подумала, что мы знакомы, и чуть не пристрелила меня в туалете. Не потому, что она этого хотела, а потому, что у неё так руки тряслись, что я боялась – она случайно на курок нажмёт.
- И это называется «ничего такого примечательного не было»? – хмыкнул Макфей.
- Для меня это никаких последствий не принесло, а вот для девушки… В общем, этот наёмник её вырубил и с собой забрал. О том, что он её и убить может, я узнала только после этого от Лекса. Я, всё-таки, хочу надеяться, что с ней всё в порядке. Если это будет не так, то в этом, косвенно, будет и моя вина.
- А ты-то здесь при чём? Знаешь, у тебя есть поразительная черта характера – мучить себя и винить в том, к чему ты не имеешь ни малейшего отношения. Ладно, не суть. Ещё что-нибудь было?
- Ну-у… – замялась я, думая, рассказывать Каю о выходке Лекса или нет.
- Милена, я тебе уже говорил, что если ты сомневаешься – рассказывать мне что-то или нет, то лучше расскажи.
- Когда я ножом себе пальцы порезала, то Лекс, зачем-то, стал слизывать мою кровь. А когда я попыталась вырваться, он так посмотрел на меня, как будто я у него последний кусок хлеба отнимаю. А потом подошёл официант и сказал, чтобы мы прекратили свои «интимные игры». Похоже, это привело Мейснера в чувство, а я сразу, после этого, ушла. Всё, больше ничего не было.
- М-да, не зря я тебе говорю держаться от этого убийцы подальше. С головой у него явно не всё в порядке.
- Ладно, я спать, – объявила я. – Теперь отворачивайся – мне раздеться надо.
Кай отвернулся. Я стянула с себя джинсы и футболку и в этот момент отвлеклась от Макфея, доставая из сумки ночную сорочку.
- Хм, у тебя красное нижнее бельё? – услышала я. – А ты знаешь, что красный – это цвет страсти?
Я резко повернулась. Кай нагло рассматривал меня и ухмылялся! Я просто рассвирепела, схватила, что первое попалось под руку (это оказались мои настольные часы, которые я, всё-таки, купила) и швырнула в своего кукловода. Этот гад увернулся, и часы полетели в стену, разбившись вдребезги. Правда, один осколок всё-таки порезал руку Макфея. Хоть какое-то утешение.
- Да уж, а с тобой опасно связываться, – сказал Кай, рассматривая порез.
