Она выглянула в окно на потемневшую улицу, и воображение мигом нарисовало ей ужасную судьбу, которая ждет Кэрол Блюм и Роберта Пуллера. Ей не следовало брать с собой помощницу.
«И если б я не сорвала арест Тони Винченцо, в эту историю не оказался бы вовлечен Роберт Пуллер».
Она не сомневалась, что Блюм и Пуллер находятся в одном месте.
Пайн поехала прямо в нью-йоркский офис ФБР, чтобы дать сертифицированные показания, заверить их у нотариуса и отправить скан документа Доббсу в Аризону. Она заметила, что некоторые агенты, проходя мимо, внимательно на нее посматривали.
«Возможно, здесь происходят важные события, о которых я не знаю?»
На несколько секунд ею вдруг овладела паника: Бюро скомпрометировано и по дьявольскому замыслу Доббса ее сейчас арестуют и предъявят выдуманные обвинения…
Этли уже начала думать, не сбежать ли ей отсюда, когда к ней подошел мужчина лет пятидесяти, высокий и импозантный, в темном костюме и белой рубашке с голубым галстуком.
– Агент Пайн?
– Да? – Мужчина показался ей знакомым. Она напряглась.
– Меня зовут Уоррен Грэм. Я возглавляю нью-йоркское отделение.
Теперь Пайн поняла, почему мужчина показался ей знакомым. Грэм был специальным агентом, возглавлявшим полевой офис в Нью-Йорке. Этот офис и вашингтонский являлись двумя главными центрами сил ФБР. Грэм занимал гораздо более высокий пост, чем Клинт Доббс.
– Я бы хотел с вами поговорить, – сказал он. – Наедине.
Пайн отвели в небольшую комнату для совещаний, и Грэм закрыл дверь.
Сердце Этли билось так сильно, что ей казалось: она видит, как шевелится рубашка у нее на груди.
Грэм присел на край стола.
– Мы с Клинтом Доббсом жили в одной комнате в Куантико, – начал он. – И с тех пор остались близкими друзьями. Он позвонил мне после разговора с вами.
Пайн положила руку на стену, чтобы сохранить равновесие, – она не знала, чего ждать.
– Мы и сами занимаемся похожими вещами, Пайн. Более того, я намерен кое-что вам рассказать. Есть еще три роскошные квартиры, которые работают таким же образом, как та, о которой вы сообщили Клинту.
– Значит, вам известно, чем они занимаются?
– Да, мы так думаем. Русские называют это «компромат». У жителей Саудовской Аравии и у китайцев свои термины.
– И все они в этом участвуют, сэр? – спросила Этли.
– Вообще-то мы не считаем, что в деле замешаны иностранные государства, Пайн. Мы думаем, что это частная группа, которая занимается подобными вещами, руководствуясь самым древним мотивом – деньгами.
– А вам известно что-то о Гормане и Франклин? – осведомилась Пайн.
– Нет, ими мы еще не занимались. Мы собираем ордера на обыск и разрешение на наблюдение прямо во время нашего разговора. – Он замолчал, и на его лице появилось выражение досады. – Я знаю Нору. И, прямо скажем, удивлен. Никогда бы ее не заподозрил.
– Наверное, в этом все дело, сэр.
– Тут вы совершенно правы, Пайн. Еще один пример того, что никогда не бываешь слишком старым, чтобы узнать что-то новое… – Он нахмурился. – Насколько я понимаю, существует два возможных заложника?
– Моя ассистентка Кэрол Блюм и подполковник Роберт Пуллер из ВВС.
– Их захватил Горман?
– Да, именно так мы считаем.
– С Горманом мы разберемся быстро и жестко, – пообещал Грэм. – Раз уж он отвечает за безопасность Норы, его не проверяли на благонадежность так, как проверяют
– Я уверена, что именно по этой причине они так все и организовали.
– Совершенно верно. Если я правильно понял, военные также начали поиски полковника Пуллера?
– Да, насколько мне известно, – подтвердила Пайн. – Во всяком случае, они над этим работают.
Оставалось только молиться, что Джону удалось чего-то добиться, лежа на больничной койке.
– Хорошо… Что ж, агент Пайн, вы сделали достаточно. Я вижу, что вы едва держитесь на ногах. Вам следует отдохнуть. В ближайшие несколько дней у нас будет много работы. – Грэм немного помолчал. – И да поможет нам Бог, если все зашло так далеко, как я думаю. – Он вытащил визитку и протянул Этли. – Вот мой личный номер.
Пайн вышла из офиса и направилась к своей машине. Ей ужасно хотелось чем-нибудь заняться, но сейчас оставалось только ждать.
Она вернулась в квартиру Лайнберри, и, не снимая одежды легла на кровать. Потом достала фотографию сестры и долго на нее смотрела, пока не погрузилась в беспокойный сон.
Пуллер откинулся на больничную подушку и стал смотреть в телефон. Ему приходилось прятать его от медсестер, требовавших, чтобы он отдыхал и…
Джон плохо спал, несмотря на лекарства, и лежал уже час, отчаянно пытаясь придумать, как изменить ситуацию. Он сделал три телефонных звонка. Однако никто ему не перезвонил, что расстроило его и еще больше усилило тревогу.
Разум отчаянно напрягался. Пуллер пытался придумать, кто еще может ему помочь. Если б только он нашел человека, которого эта история касалась непосредственно, тогда он мог бы…
Джон быстро набрал номер. И сразу включилась голосовая почта. Он вздохнул. Неужели опять?
