Ницше полностью

Что лежит в основе его — мысли, первые записи, разнообразные наброски — принадлежит моему прошлому, а именно тому богатому загадками времени, когда создавался «Заратустра»; уже ввиду такой их одновременности это сочинение могло бы содержать указания на то, как следует разуметь то трудное для понимания творение. И, в частности, на то, как оно возникало, — тут есть нечто особенное. Тогда мне подобного рода мысли служили и для отдохновения, а также и для допрашивания самого себя, и для самооправдания — пока я занят был начинанием бескрайне рискованным и ответственным: пусть же выросшей из всего этого книгой пользуются для таких же целей! Или пусть пользуются ею как запутанной тропинкой, которая в любом случае неприметно выводит на опасную почву вулкана, где произросло только что названное евангелие Заратустры. Хотя верно, что эта «Прелюдия к философии будущего» не составляет и не должна составлять комментарий к речам Заратустры, она все же может представить нечто подобное предварительному глоссарию, в котором так или иначе где-нибудь встречаются и называются по имени важнейшие понятийные и ценностные нововведения той книги — события беспримерного, беспрецедентного, не имеющего себе равных во всей литературе.

Я один дерзновенно берусь за разрешение громадной проблемы; это девственный лес, в котором я затерялся — Wald und Urwald. Мне нужна помощь, мне нужны ученики, мне нужен учитель. Как было бы приятно мне повиноваться. Если бы я заблудился в горах, то слушался бы человека, которому знакомы эти горы; я повиновался бы врачу, если я был бы болен; и если бы я встретил человека, который уяснил бы мне ценность наших моральных идей, я послушал бы его и пошел за ним. Но я не нахожу никого: ни учеников, ни еще меньше — учителей, я — один.