Она быстро разузнала о нем. Как только Сальваторе обронил, что в ресторан, возможно, заглянет его приятель, она решила, что это неспроста и брат что-то задумал. Сальваторе начал с жаром все отрицать, но с этим она живо разобралась. Когда он признался, она притворилась рассерженной. Правда, не сказала брату того, что уже отметила внимание к ней со стороны юноши и вовсе не против с ним познакомиться. Но чтобы помучить Сальваторе, она предупредила, что еще не решила, пойдет ли с ним. Ближе к полудню она, улыбаясь, пошла назад к зданию фабрики.
В субботние дни всегда наблюдалась некоторая суета. Рабочая неделя заканчивалась, и клерки с торговых судов носились туда-сюда, комплектуя заказы. В конце рабочего дня раздали конверты с зарплатой. Уйти до звонка, конечно, не разрешалось, но кое-какие девушки, которых дожидались кавалеры, приготовились бежать сломя голову. Как только прозвенел звонок и выключили машины, все встали с мест, но Анна никуда не спешила. Она вынула из сумочки зеркальце. Надо прихорошиться перед знакомством с загадочным человеком. Этим она и занялась, остальные девушки потянулись к выходу. Она еще сидела, когда услышала нечто странное. Кто-то кричал.
Вашингтон-сквер была хорошо видна от памятника Гарибальди. Летом ее закрывала листва, но Сальваторе отчетливо видел свет на верхних этажах здания, а также эмблему, висевшую на углу, – заключенный в круг треугольник. Он посмотрел на часы, рождественский подарок Паоло.
– Пора, – сказал он Анджело.
– А дядя Луиджи даст мне горячего шоколада?
– Обязательно.
Сальваторе смотрел на здание. Сейчас начнут выходить первые девушки. Проходивший мимо молодой человек замедлил шаг и взглянул в ту же сторону.
И тут произошла необычная вещь: раздался негромкий хлопок. Просто хлопок, не больше, донесшийся из окна восьмого этажа. Через секунду оттуда вырвался небольшой клуб дыма, а с улицы удалось расслышать слабый звон стекла. Стоявшая там лошадь вдруг рванулась, увлекая за собой повозку. Из разбитого окна заструился дым. Какой-то человек перебежал через улицу.
Парень, задержавшийся около статуи, бросился к зданию, оставив Сальваторе и Анджело стоять столбом. Вскоре послышались свистки с пожарной станции. Затем появился конный полицейский, который быстро спешился и вбежал в здание. Люди высыпали на тротуары, а в дальнем конце парка забренчал пожарный фургон.
– Стой здесь! – приказал Сальваторе Анджело. – Если придет Анна, дождитесь меня.
Достигнув здания, он первым делом проверил передний вход; затем – боковой, за углом на Грин-стрит. Анны не было видно. Через несколько секунд в переднюю дверь вышла группа девушек. Он заговорил с одной и узнал, что они спустились с восьмого этажа в лифте.
– Загорелись ящики с тканью! – сообщила она. – Вспыхнули, как керосином облитые!
– А что с девушками на других этажах?
Но этого она не знала.
Прибывали все новые пожарные фургоны. Надо было отдать им должное – скорость их реакции впечатляла. Пожарные – в основном ирландцы – вбегали в здание со шлангами, тянувшимися от уличных пожарных гидрантов.
Больше внутрь никого не пускали. Сальваторе осталось метаться от двери к двери, расспрашивая выбегающих девушек, да ловить слова, брошенные пожарными.
Судя по ним, те пожарные рукава, что находились в самом здании, не работали, но давление в гидрантах было хорошее. Пожар начался на восьмом этаже, теперь уже охваченном пламенем, и пожарным не удалось туда попасть. Кто-то вспомнил о центральном пожарном выходе, но тот пришел в негодность. Некоторым девушкам удалось добраться через него до нижних этажей, но потом лестница рухнула вместе со всеми, кто шел следом. Сейчас со стороны Грин-стрит из окон верхних этажей рвались языки пламени и клубы дыма.
Сальваторе увидел, что люди показывают на крышу, и немного отбежал, чтобы рассмотреть. Там столпились работницы, а с крыши соседнего здания Нью-Йоркского университета, которое было чуть выше, спускали к ним лестницы. Нет ли там кого с девятого этажа? Выяснить это было невозможно.
Он вернулся к памятнику Гарибальди.
– Где Анна? – Глаза у Анджело были как блюдца.
– Придет.
– Где она?
– Может, спускается в лифте, хотя кое-кто поднялся на крышу. Если будем ждать здесь, она нас найдет.
– Это опасно?
– Нет, – попытался улыбнуться Сальваторе. – Смотри, сколько фургонов и пожарных! А все люди выходят.
Анджело кивнул, но вид у него все равно был испуганный.
Потом Сальваторе увидел ее.
Анна стояла у окна девятого этажа. В других его окнах тоже появлялись девушки. Они были как в тумане, и Сальваторе сообразил, что позади них все заволокло дымом. Одна распахнула окно, и сколько-то дыма вышло. В глубине помещения слабо мерцали сполохи. Должно быть, пожар уже добрался до их этажа.
Зачем они сгрудились у окон? Не могут выйти? Там наверняка жарко. Очень жарко.
