…Нью-Йорк. Год 2040-й. Город, забитый беженцами с радиоактивного Востока, захлебывающийся в девятом вале преступности и анархии. Город, где работа частного детектива — самый модный бизнес, а виртуальная реальность — последняя из отдушин для миллионов отчаявшихся. Здесь можно сделать все что угодно. Но... как найти здесь бесследно исчезнувшую девушку?!
Annotation
.. Нью-Йорк. Год 2040-й.Город, забитый беженцами с радиоактивного Востока, захлебывающийся в девятом вале преступности и анархии. Город, где работа частного детектива – САМЫЙ МОДНЫЙ БИЗНЕС, а виртуальная реальность – последняя из отдушин для миллионов отчаявшихся.Здесь можно сделать ВСЕ ЧТО УГОДНОНо, как найти здесь бесследно исчезнувшую девушку?
Эрик Браун
НЬЮ-ЙОРК-СИТИ ЗИМА 2040
ГЛАВА ВТОРАЯ
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
ГЛАВА ПЯТАЯ
ГЛАВА ШЕСТАЯ
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Эрик Браун
Нью-Йоркские ночи
НЬЮ-ЙОРК-СИТИ ЗИМА 2040
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Ночь была самой обычной, такой же, как тысячи ночей, проведенных в Эль-Баррио, но, оглядываясь назад, Холлидей видел: она стала началом того, что он будет считать самым мрачным периодом своей жизни.
Будильник прозвонил в десять. Холлидей поморгал, проснулся. Облачко пара вылетело изо рта в ледяной воздух залитой лунным светом мансарды. Ким лежала рядом, ее сонное, уютное тепло так и манило еще часок подремать. Однако мысль о работе, которая может ждать у Барни, заставила его покинуть теплое убежище и, дрожа от пронизывающей стужи, броситься в ванную.
Стоя под душем, он каждой клеточкой тела впитывал благодатную негу горячих струй. Потом сунул голову под фен и, глядя сквозь открытую дверь, заметил, что Ким снова переставила в мансарде мебель. Диванчик в духе Армии спасения и потертое кресло теперь были обращены к стеклянной стене, выходящей в боковой переулок.
На прошлой неделе, увидев, что он пытается отыскать вешалку, она повалила его на кровать и придавила руки коленями – темный поток волос так и заструился вокруг нежного овала ее лица.
– Мистер Холлидей, мы знакомы с вами… сколько?
– Я бы сказал – десять лет.
Она шлепнула его, и довольно ощутимо.
– Меньше десяти месяцев, Ход! И за это время… что случилось?
За десять месяцев их партнерство с Барни вступило наконец в фазу процветания. Не проходило и дня, в крайнем случае пары, чтобы в руки им не попадало новое дело, и к тому же процент удач был выше, чем когда-либо прежде. Холлидей считал это совпадением или же относил к психологическому настрою: когда этот прекрасный китайский эльф, подобно миниатюрному тайфуну, ворвался в его жизнь, то былую тоску и апатию словно ветром сдуло. Он чувствовал себя увереннее, стал больше работать и, следовательно, раскрывать больше тайн.
– Я смотрю на эту комнату, Хол… – Ким взмахнула рукой, обводя взглядом мансарду, – и вижу негативную энергию, больную комнату, дурной цы. Здесь надо все изменить. Я переставляю вещи и… о! – удача поворачивается к тебе лицом, ты получаешь больше работы, больше долларов!
Хол услышал скрип. Он быстро оделся и вышел из ванной. Ким, будто обнаженный дервиш, кружилась в танце, пряди длинных черных волос плясали вокруг тонкой, как у подростка, талии. Она стала натягивать белье: крохотные трусики и бюстгальтер, умудряясь в то же время сердито поглядывать на Хода огромными темными глазами:
– Я же просила, Хол, поставить будильник на восемь!
– Когда? Да ты и слова про это не сказала…
– Я пришла в полдень, ты проснулся, я сказала: “поставь будильник на восемь”, ты сказал “о'кей”.
Он вообще едва мог вспомнить, как она нырнула к нему под электроодеяло.
– Я спал мертвым сном.
– Но ты ведь ответил?
– Это во сне.
Она проворчала проклятие на мандаринском наречии, прыгая на одной ноге, а другую пытаясь просунуть в штанину джинсов.
Хол нашел куртку и застегнул молнию до самого подбородка, запирая тепло от ледяной стужи мансарды.
– Да и зачем тебе вставать в восемь?
– Работать, Хол, работать. Заниматься киосками. Ночью полно дел.
– Могла бы кому-нибудь делегировать свои полномочия. Она на секунду прекратила одеваться и уставилась на него, покачивая головой. “Делегировать” – слово, которому еще только предстояло проникнуть в ее словарный запас. Ким Лонг владела в этом районе дюжиной китайских придорожных ларьков с продуктами, и Хол как-то подсчитал, что она работает по четырнадцать часов в день. Каждый день. Когда он жаловался, что встречается с ней только в постели, она всегда нарушала свое расписание, чтобы уделить ему время: шла с ним в ресторан, в голодраму. В общем, демонстрировала готовность утихомирить его недовольство. Потом, через пару дней, она возвращалась к своей изматывающей рутине, и они почти нигде не бывали, пока он снова не решался привлечь ее внимание к этому факту.
– Не могу доверить другому то, что я должна делать сама, понимаешь, Хол? – в который раз пояснила она. – Я – трудящаяся девушка, Хол, должна ковать звонкую монету.
