С восьмикрайней, восьмиободной землей,С холмистым аласом своим,С долиной простясь родной,Летающий над землейНа Мотыльково-белом конеЮрюнг Уолан миновалПерекресток восьми дорог,Развилину девяти дорог;По горам протоптавСверкающий путь,На закат направился он,В полет скакуна пустил,Все быстрее, быстрее гоня,Только по́ следу закурилась пыль,Только заклубился туман...Скакал богатырь,На привал не вставал.Он приход зимыПо снегам узнавал,Наступленье весныПо дождям примечал.Пределы елани своейОн оставил давно за спиной,Дебри лесные проехал он,Тундру хмурую пересек;Топи непролазные,Зыбуны,Что нечистью всякой полны,Те — по воздуху перелетел,Те — разбрызгал,Конем расплескал...Края землиДостиг, наконец.По дороге — ступенчатой,Как горловина,В подземную глубинуМедленно Юрюнг УоланОсторожно спускаться стал,Боком ступатьЗаставляя коня.То рысью,То шагомОн проезжалНеведомые места.В густеющих сумерках перед нимПо краям дороги крутойБелели кости богатырей,Пропавших в древние временаЛюдей уранхай-саха;В вихре, налетающем из глубины,Кружились высохшие черепа,Призраки метались во тьме.Неутомимо Юрюнг УоланПо крутой дороге спешил,По великому гибельному пути.Чьи-то руки тянулись к нему,Подставляя, как черпаки,Ладони в черной крови.Чьи-то клювы кривыеТянулись к нему,Щелкая и свистя...Низко над его головойШарахалась в темноте,Хохоча и визжа,Илбис Кыыса;То ли пел над ним,То ли вылВестник смертиОсол Уола...И вот, глубоко под землей,На распутье восьми дорог,На узле девяти дорогУвидел Юрюнг УоланНевиданное никем до того:Грозное в величьи своем,Слышное за девять днейШумом прибойных волн,Ощутимое за шесть днейСтуденым дыханьем своим,Различимое за три дняВсплеском вздымающихся валов,Мутно-реющееВ безбрежьи своем,Бескрайнее ледовитое мореМуус-Кудулу-БайгалРаскинулось перед ним...Опустясь по крутому пути,Очутился Юрюнг УоланНа узком выступе береговом,На обрывистой гранитной грядеЧародейной северной стороныБушующей пучины морской;Некуда было вперед пойти,Нельзя воротиться назад.Тут виднеющийся высокоНад изгородью столбовойМотыльково-белый его скакун,Широко расставив четыре ноги,Как четыре белых столба,В срок, пока закипят на огнеПо очереди два больших котла,Выпустил шумно мочу,Как бушующий водопад,Как три разлившиеся реки,И на языке уранхай-сахаЧеловеческим голосом заговорил.МОТЫЛЬКОВО-БЕЛЫЙ СКАКУН
