Имперский министр иностранных дел сделал замечание о том, что американцы при всех обстоятельствах хотели поддержать сильные позиции Англии и Восточной Азии, но что, с другой стороны, эта позиция доказывает, насколько они боятся объединенных действий со стороны Японии и Германии.
Далее Мацуока заметил, что он считает необходимым нарисовать фюреру абсолютно ясную картину действительного положения внутри Японии. По этой причине он должен, к сожалению, был сообщить ему, что он, Мацуока, в качестве японского министра иностранных дел не мог бы сказать в Японии ни единственного слова из того, что он доложил фюреру и министру иностранных дел Германии относительно своих планов. Это нанесло бы ему серьезный ущерб в политических и финансовых кругах. Однажды он уже совершил такую ошибку еще до того, как он стал японским министром иностранных дел. Он рассказал близкому другу коечто о своих намерениях. По-видимому, тот рассказал об этом другим, и это породило различные слухи, которые он, как министр иностранных дел, должен был энергично опровергать, хотя, как правило, он всегда говорит правду.
При этих обстоятельствах он не может указать, когда он сможет доложить о вопросах, которые были здесь обсуждены, японскому премьеру и императору. Он должен будет тщательно изучить сначала развитие событий внутри Японии с тем, чтобы принять решение в благоприятный момент; затем изложить все свои планы принцу Коноэ и императору. Надо будет принять решение через несколько дней, потому что иначе этому плану будет нанесен ущерб разговорами. Если он, Мацуока, не проведет в жизнь своих намерений, это докажет, что он не является достаточно влиятельным лицом, что сила убеждения его невелика и что он не обладает достаточными тактическими способностями. Однако если он одержит успех, то это докажет, что он имеет большое влияние в Японии. Сам он чувствует уверенность в том, что добьется успеха. По возвращении Мацуока, если его спросят… признается императору, премьеру и министрам армии и флота, что обсуждался вопрос о Сингапуре. Он, однако, заявит, что это обсуждение шло на предположительной основе.
Помимо этого, Мацуока высказал просьбу, чтобы вопрос о Сингапуре не передавался по телеграфу, потому что у него есть основания бояться, что путем передачи по телеграфу эти слухи будут распространены. Если необходимо, он пошлет курьера. Фюрер согласился и заявил, что Мацуока может быть уверен в сдержанности немцев. Мацуока ответил, что он верит в сдержанность немцев, но, к сожалению, он не может сказать того же самого о японцах.
После обмена прощальными словами обсуждение закончилось.
Подписано: Шмидт.
Берлин, 4 апреля 1941 г.»
…5 апреля 1941 г., после этого совещания, Риббентроп опять встретился с Мацуока и снова убеждал японцев сделать еще один шаг по пути агрессивной войны. Заметки об этом совещании также найдены в архивах германского министерства иностранных дел (документ ПС-1882, США-153).
Я прочитаю несколько коротких выдержек из этих заметок: «В ответ на замечание Мацуока, что Япония уже просыпается и что в соответствии с японским темпераментом теперь вслед за неторопливым процессом размышления последуют быстрые действия, имперский министр ответил, что необходимо, конечно, пойти на некоторый риск точно так же, как это успешно сделал фюрер при ремилитаризации Рейнской зоны, при объявлении своих суверенных прав на вооружение и при выходе из Лиги Наций…
Министр иностранных дел ответил, что новая германская империя будет опираться на старинные традиции Священной Римской империи германской нации, которая в свое время была единственной доминирующей силой на европейском континенте.
В заключение имперский министр снова суммировал то, что он хотел бы просить Мацуока разъяснить в Японии, что:
1. Германия уже выиграла войну. К концу года весь мир поймет это. Даже Англия должна будет признать это, если она не будет разгромлена еще раньше; Америка также должна будет смириться с этим фактом. 2. Между Японией и Германией не существует столкновения интересов. Базой для урегулирования отношений в будущем должно явиться положение, при котором Япония будет доминировать на Востоке, а Италия и Германия — в Европе и в Африке. 3. Что бы ни случилось, Германия выиграет войну, но ее победа может быть ускорена, если Япония также вступит в войну. Такое вступление в войну, конечно, гораздо более в интересах самой Японии, чем в интересах Германии, потому что оно представляет ей единственную возможность, которая вряд ли еще повторится для осуществления национальных задач Японии. Этот шаг дает ей возможность занять ведущее место в Восточной Азии»… Документ ТС-1538, США-154 — совершенно секретный отчет от 24 мая 1941 г. германского военного атташе в Токио в разведывательный отдел верховного командования вооруженными силами — озаглавлен: «Подготовка к нападению на Сингапур и Манилу продолжается»…
