Для доказательства объема опытов оглашаю краткие извлечения из показаний голландского подданного Де-Винда. Они содержатся в документе под номером СССР-52. Повторяю, что эти цифры касаются только одного блока, блока № 10. Вот кто содержался в этом блоке: «50 женщин разных национальностей, прибывших в марте 1943 г.; 100 гречанок, прибывших в марте 1943 г.; 110 бельгиек, прибывших в апреле 1943 г.; 50 француженок, прибывших в июле 1943 г.; 40 голландских женщин, прибывших в августе 1943 г.; 100 голландских женщин, прибывших 15 сентября 1943 г.; 100 голландских женщин, прибывших неделей позднее, и 12 полячек»…
Давая показания о профессоре Шумане, Де-Винд далее продолжает: «Таким опытам были подвергнуты 15 девушек от 17 до 18 лет, между прочими: Шимми Белла из города Салоники (Греция), Буэня Дора из города Салоники (Греция). Из 15 девушек остались в живых лишь несколько. Они находятся, к сожалению, во власти немцев, вследствие чего об этих зверских опытах у нас нет объективных данных. Несомненно следующее. Девушек ставили между двумя плитами с ультракоротковолновым полем, один электрод ставили на живот, а другой помещали на ягодицах. Фокус лучей направлялся на яичники, вследствие чего яичники сгорали. Вследствие неправильной дозировки на животе и ягодицах появлялись серьезные ожоги. Одна девушка от таких страшных поражений умерла; других девушек отправили в Биркенау в санчасть или в рабочие группы.
Через месяц они вернулись в Освенцим. В Освенциме им сделали две контрольные операции: один разрез в длину, другой поперек, причем удалили половые органы для исследования их состояния. Девушки совершенно изменились внешне вследствие выпадения гормональных проявлений и походили на старух».
Опыты по стерилизации женщин и кастрации мужчин производились в Освенциме в массовом масштабе начиная с 1942 г.; при этом через определенный период после стерилизации мужчины кастрировались для специального исследования тканей.
Подтверждение этому мы находим в Сообщении Чрезвычайной Государственной Комиссии по Освенциму, где, в частности, приведены многочисленные показания отдельных узников лагеря, подвергшихся этим операциям.
Подвергшийся экспериментам Валигура сообщил: «…Спустя несколько дней после того как меня привезли в Биркенау, кажется в первых числах декабря 1942 г., всю молодежь в возрасте от 18 до 30 лет (мужчин) подвергли стерилизации путем просвечивания мошонки рентгеновским аппаратом. В числе стерилизованных был также и я. Спустя 11 месяцев после того, как меня подвергли стерилизации, то есть 1 ноября 1943 г., я был подвергнут кастрации… Со мной были подвергнуты стерилизации в один день 200 человек…»
Свидетель Сурес Давид из города Салоники (Греция) дал следующие показания: «…Примерно в июле 1943 г. меня и со мной еще 10 человек греков записали в какой-то список и направили в Биркенау. Там всех нас раздели и подвергли стерилизации рентгеновскими лучами. Через один месяц после стерилизации нас вызвали в центральное отделение лагеря, где всем стерилизованным была произведена операция — кастрация…»
Мне кажется, не случайно, что опыты над людьми начались именно стерилизацией и кастрацией. Это было естественным продолжением «теоретических» установок немецкого фашизма о прекращении деторождения у народов, которых они считали покоренными. Это было частью гитлеровской «техники обезлюживания», и в подтверждение этого я хотел бы привести очень короткую цитату из книги Раушнинга «Голос разрушения».
Гитлер говорил Раушнингу: «Под словом „уничтожить“ я не имею в виду непременное истребление этих людей. Я просто приму меры к систематической приостановке естественного прироста этого населения.
…Существует немало путей, при помощи которых можно систематически, сравнительно безболезненно и уже во всяком случае без кровопролития добиться вымирания нежелательных для нас народов».
Стерилизация и кастрация широко вошли в преступную практику гитлеровцев в оккупированных ими странах Восточной Европы.
Я прошу у Суда разрешения привлечь его внимание к документу под номером СССР-400. Это два очень коротких немецких документа, фотостаты которых заверены Государственной Чрезвычайной Комиссией. Речь идет об отношениях начальника отделения полиции безопасности лейтенанта Франка об условиях, при которых некая цыганка Люция Страздынш имеет право жить в городе Либаве.
«Отделение полиции безопасности города Либавы. 10 декабря 1941 г.
Бургомистру города Либавы.
Решено, что цыганка Люция Страздынш имеет право здесь жить только в том случае, если она подвергнется стерилизации.
Объявить ей об этом и доложить о результатах.
Второй документ — это отношение бургомистра города Либавы начальнику отделения полиции безопасности. Оглашаю текст:
«Пересылая обратно ваше отношение от 10 декабря 1941 г. о стерилизации цыганки Люции Страздынш, сообщаю, что упомянутая особа 9 января с. г. стерилизована в местной больнице».
