Обергруппенфюрер СС Поль поэтому изъявил согласие, чтобы в виде опыта волосы заключенных мужчин стриглись лишь тогда, когда они по стрижке достигают 20 мм длины.
Чтобы предотвратить возможность побегов в связи с удалением волос в случаях, когда комендант найдет нужным, надо производить пометку заключенных таким образом, чтобы посредством узкой машинки посредине головы выстригалась волосяная дорожка.
Предусматривается использование волос, добытых во всех лагерях, путем учреждения особой производственной установки в одном из концлагерей.
Более точное указание по сдаче собранных волос будет дано особо.
О количестве ежемесячно собранных волос (женские волосы отдельно от мужских) должны сообщаться сюда сведения 5-го числа каждого месяца, начиная с 5 сентября 1942 г.
В варку мыла из человеческого жира западные союзники не могли поверить на том основании, что, по их представлению, никто не захотел бы им мыться. Однако свидетель Зигмунд Мазур из Данцига (Гданьска), обслуживавший лабораторное производство в анатомическом институте, заявил, что унес домой и применил четыре килограмма этого мыла. По его словам, также брали этот продукт на свои нужды и главный мыловар, профессор Шпаннер, и другие работники, и даже студенты, помогавшие профессору. О нравственных мучениях никто из них не сообщал.
И сегодня в литературе встречается мнение, что изготовление мыла из людей нацистам приписывается. Да, промышленного производства не существовало, но опытное, лабораторное — было, и в нем участвовал Зигмунд Мазур. На Нюрнбергском процессе эта «продукция» демонстрировалась.
1945 г., мая 28 дня, город Данциг, военный прокурор тыла 2-го Белорусского фронта подполковник юстиции Гейтман и военный следователь военной прокуратуры 2-го Белорусского фронта майор юстиции Каденский допросили нижепоименованного в качестве свидетеля, который показал:
Мазур Зигмунд Юзефович, 1920 г. рождения, уроженец города Данцига, поляк, принявший немецкое подданство в январе 1944 г., образование: окончил 6 классов польской гимназии в Данциге в 1939 г., служил добровольно в 1939 г. в польском войске солдатом, из чиновников, холостой, со слов не судимый, проживал в городе Данциге, Бечергассе, д. № 2, должность до апреля 1945 г. — препаратор анатомического института Данцига, имеет мать в Данциге, улица Нейшотланд, д. № 10, владеет польским и немецким языками.
Свидетель об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний предупрежден.
Переводчик об ответственности за отказ от перевода и за дачу ложного перевода по ст. 92, 95 УК РСФСР предупрежден.
«В октябре 1940 года, будучи в Данциге, я искал себе работу.
Немецкий чиновник Густав Ланге из рабочего бюро Данцига, которому я отдал одну комнату из своей квартиры, обещал мне подобрать более лучшую, подходящую работу в каком-нибудь учебном заведении Данцига, после чего я был направлен в анатомический институт Данцига, где и начал работать с января 1941 года. Сначала я работал курьером три месяца. Работая курьером, я заинтересовался медициной и с помощью Ланге и профессора Шпаннера получил назначение на должность препаратора анатомического института с января 1941 года. В мои обязанности как препаратора входило вычерчивание таблиц и помощь при вскрытии трупов.
Директором анатомического института был немец из города Киля, профессор Шпаннер Рудольф, который в январе 1945 г. выехал в район города Галле.
Заместителем профессора Шпаннера был доктор доцент Вольман — офицер СС, ходил он в штатском костюме и иногда в черном мундире СС. Вольман — из Чехословакии, его чехословацкая фамилия — Козлик.
В январе 1945 г. он добровольно вступил в войска СС.
Ассистентом работала с октября 1944 г. женщина Фосбек из Цоппота, которая уехала в Галле вместе с профессором Шпаннером. Она ассистировала профессору Шпаннеру.
Старшим препаратором был фон Барген, который приехал в Данциг из города Киля вместе с профессором Шпаннером.
Служителем для подноски трупов был немец Рейхерт из города Данцига, ушедший в ноябре 1944 г. в немецкую армию. Таким же служителем был и немец Боркман из Данцига, но где он сейчас находится, я не знаю.
