- Повели нас блиндажи строить и дрова пилить. Я что-то отстал, и то в одной группе, то в другой. Стал приглядываться по сторонам - охрана стоит. Ухватил ложкой жир из бачка, ягод прошлогодних, гнилых, поел. Доверили мне топор жердей нарубить. Предложил одному энергетику вместе бежать - он испугался. Думаю, сдаст еще, и решил один. Боком-боком и в кусты. Как рванул, до верхушки горы бегом, с нее - бегом, пока силы не кончились. Куда иду - и сам не знаю. Слышу - где-то бомбят. Бой идет, значит, думаю, с какой-нибудь стороны должны же быть наши. Вижу - следы от танка, вдалеке БМП стоят, кто-то ходит, стреляют. Идти боюсь - вдруг на мину-растяжку попадешь. Вижу - в мою сторону БМП едет. Спрятался, но потом все же решил идти на эти БМП. Солдат на меня автомат наводит: "Кто такой?". Я руки поднял: "Из плена", - "До х... вас тут из плена выходит" - "А что, еще кто-то был?". Дал покурить, по рации в штаб доложил обо мне. Потом оказалось, что как раз здесь вышел к своим и Володя из Рязанской области, который сбежал раньше меня. Вышел я к уральцам, в 324-й полк.
- И как встретили свои?
- Обыскали, и в ФСБ, начали расспрашивать. Врач осмотрел, поесть дали. Потом на "вертушке" в Ханкалу с генералом Кондратьевым. Там меня привезли в штаб, к генералу Тихомирову, был еще генерал Квашнин. Все им рассказал, как наших из плена выручить - бронегруппу послать или десант на вертолетах. Но у них были какие-то свои планы.
- И что, наше командование не пыталось выручить пленных?
- Когда нас взяли, блокпост, командование вызвало старейшин и пообещало разнести село, если нас не вернут. Но они вернули только сорок автоматов. Одного только обменяли нашего, за тысячу баксов. Вернулся в бригаду начались наезды, что пропили мы блокпост. Потом все же нормально относиться стали относиться.
- Сергей, вот ты вернулся из плена. Злой на чеченцев?
- С одной стороны - да, а с другой - нет. Я понимаю тех из них, у кого наши дома разбили, семьи погибли. А вообще - они нас ненавидят всех. Я бы их тоже куда-нибудь на Северный полюс сослал.
- Можно ли было победить чеченцев силой, как ты думаешь?
- Да если бы дали нам волю! А то: это нельзя, туда не стреляй, одни ограничения. Можно было победить и в военных операциях, мы сильнее. А еще лучше, как Жириновский предлагал: разбомбить все и дело с концом. Патриотов у нас мало, а то собрать бы одних добровольцев. Я ведь пошел по контракту сначала только из-за денег, никаких патриотических мыслей у меня не было.
- Как жить думаешь, Сергей?
- Год как вернулся, а работы так и не нашел. Придется опять в армию идти. Ну, куда мне деваться теперь?
... Из 10 солдат 166-й бригады, адреса которых дали в Твери комитету солдатских матерей, ответил, кроме С. Бузенкова, только один. Володя из Рязанской области, который тоже бежал из плена. В письме он категорически отказался рассказать что-либо, ссылаясь на запрет ФСБ. Мама еще одного парня, которого обменяли за тысячу долларов, написала, что сын ее, вернувшись, попал в беду. Точнее, в милицию, потому что привез из Чечни сувениры - несколько патронов. Остальные ребята не ответили. Значит, в они все еще в плену.
38. В РОСТОВЕ СТОЯТ ПЯТНАДЦАТЬ ВАГОНОВ С КОСТЯМИ РУССКИХ СОЛДАТ
Рано радоваться, что война в Чечне закончилась. Эхо ее будет еще долгим и страшным. До сих в плену у боевиков находятся около полутора тысяч наших солдат, а в Ростове-на-Дону в 15 вагонах-рефрижераторах - более тысячи неопознанных останков. Оттуда только что вернулась Татьяна Константиновна Копшева, которая безуспешно пыталась найти останки своего сына Саши.
Она приняла таблетку валидола, вытерла слезы и начала рассказывать:
- Саша был призван 9-го января 95-го Советским райвоенкоматом. Последнее письмо от него получила 23 февраля 96-го из Коврова, что его отправляют из учебки служить в Тверь, уже есть запись в военном билете. Когда долго не было писем, я пошла в военкомат, там мне сказали, что мой сын дезертир, он не прибыл в часть. Но это же невозможно! Он охотно пошел в армию. В начале мая мне принесли записку от сына: "Я в плену у чеченцев, но не беспокойся, меня скоро должны обменять".
- Татьяна Константиновна, как вообще могло так получиться, что его посчитали дезертиром?
- В Тверь отправили только документы, а солдат - в Чечню. Из-за неразберихи их и посчитали дезертирами. Но это еще что - на сына и группу его товарищей возбуждено уголовное дело, что они сдали блокпост чеченцам. Хотя ребят уже нет в живых, на расстрелянных чеченцами возбудили уголовное дело...
- А это как могло случиться?
