Чтобы отвлечь его от того факта, что мы на него положили глаз, кружа над соседним полем, я сбросил вниз несколько дымов. Я надеялся, что это заставит его думать, что мы заинтересованы чем-то прямо под вертолетом.
Но он слишком нервничал, чтобы заглотить наживку. Каждую минуту или две он оглядывался на нас - все время пытаясь создать видимость лихорадочной посадки риса - и в то же время ускоряя свое движение поперек основной группы, чтобы уйти.
Для меня этого было достаточно. Я связался по радио с пилотом ударного вертолета.
- Три Четыре, это Один Шесть. У нас тут парнишка посреди фермеров, который сажает рис не в ту сторону и выглядит чертовски подозрительно.
- Как ты думаешь, что вы поймали, Один Шесть? - ответил Фишман.
- Я не знаю, Поль. - ответил я - Но выглядит он не как фермер. Я думаю, что там у нас динк, который пытается притвориться сажающим рис, стремясь по быстрому слинять на другую сторону и сбежать к реке.
- Что ты хочешь сделать, Один Шесть?
- Я скажу Каллоуэю идти туда и сделать несколько заходов рядом с ним, чтобы увидеть, что этот человек сделает. Тогда я дам тебе знать. А пока почему бы тебе не связаться с АРВН и найти, кто из агентства контролирует этот район, чтобы мы могли привести переводчика и задать пару вопросов этому парню.
Три Четыре подтвердил получение, и я нажал кнопку интеркома, вызывая Каллоуэя.
- ОК, Бобби, потихоньку выходи отсюда и двигай к группе фермеров. Там начинай кружить на приличном расстоянии, а не прямо над головой. Парень странно себя ведет. Мы посмотрим, что он там делает и возьмем его за жопу, если он будет подозрительно выглядеть.
Как только мы добрались до группы фермеров, Фишман вышел на VHF.
- Прости Один Шесть. Ни у кого из наших в этом районе сейчас нет никого, кто мог бы подключиться к этой зоне, забрать вашего парня и допросить его. Что ты собираешься делать теперь?
Я подумал минуту, пока мы смотрели вниз. Каллоуэй держал птичку в правостороннем вираже в двадцати футах (прим. 6 м) от земли, на западе и со стороны реки от группы.
Наш сажальщик риса с непокрытой головой выглядел чрезвычайно подозрительно, оглядываясь через плечо, чтобы убедиться, что видит каждое наше движение. Другие Крестьяне игнорировали нас, сажая рис, не сбиваясь с шага.
К этому времени я был убежден, что он не из этой группы фермеров, поэтому я предложил Фишману вызвать роту и запросить АМСВ. Мы могли бы высадить их поблизости и они могли бы задержать парня и выяснить, что он задумал.
Менее чем через минуту Фишман вернулся и сообщил мне, что АМСВ были в состоянии боевой готовности для пехотной операции где-то в районе ответственности 1-й пехотной дивизии. Так что они не были доступны ни для чего, кроме основной приоритетной задачи.
Хорошо, черт бы побрал! Я снова вызвал ударный вертолет.
- Хорошо, Три Четыре, прикрой меня, пожалуйста. Мы пойдем туда, сядем и я сам возьму этого засранца.
- Ты действительно хочешь это сделать?
- Ну. Он там прямо посреди рисового поля и выглядит не слишком сложным делом для меня взять мою М-16 и забрать его. Тогда мы сможем доставить его к подразделению АРВН ниже по реке и они смогут с ним потолковать.
С этими словами я указал Каллоуэю на узкую дамбу на затопленном рисовом поле, недалеко от фермеров.
- Сделай круг и посади птичку на перемычку, как можно ближе к этому парню. После этого просто держи ее там, пока я выйду и заберу его.
Каллоуэй красиво посадил "Вьюна" на небольшом голом кусочке суши. Я выпрыгнул из вертолета, неся свою М-16 с тридцатизарядным магазином. Как обычно, я был одет в номексовый летный комбинезон и броневой нагрудник, который один весил тридцать фунтов (прим. 14 кг). Поверх него был надет мой жилет выживания. Мой летный шлем APH-5, летные перчатки, пистолетный пояс с Кольтом .45 калибра и ножом выживания, пристегнутыми к нему, плюс наплечная кобура, где я носил свой личный "Питон" .357 калибра.
Я вышел перед вертолетом, откуда мог смотреть поверх голов нескольких рядов крестьян прямо в лицо моему беспокойному подозреваемому. Поскольку я не знал как сказать "Тащи сюда свою задницу" на вьетнамском, я просто указал на него пальцем и жестом попросил его подойти ко мне. Он оглянулся на меня, нахально оскалив зубы.
Поэтому я снова помахал ему, на этот раз используя М-16 вместо пальца. Я посмотрел ему прямо в глаза и прорычал:
- Подойди ко мне!
Вы могли подумать, что к этому времени все люди на рисовом поле оставили свои дела, чтобы понаблюдать за противостоянием. Однако, нет. Они не обращали внимание ни на меня, ни на него; они просто продолжали сажать рис еще яростнее чем раньше.
Это был очевидный сигнал для меня, что этот парень не участвовал в их работе, что остальные не хотели иметь ничего общего с ним, со мной или с тем, о чем мы спорим.
Я жестом показал ему в третий раз и сказал, так сурово, как только мог:
- Подойди ко мне немедленно!
Он посмотрел на меня с глупой широкой улыбкой и медленно покачал головой. Потом он начал отступать от меня, как будто высматривал путь для быстрого выхода из своего положения.
- Ну ладно, маленький сукин сын - завопил я.
