- Чувак, она вся в крови.
- Заткнись, Гэвин, - прорычал Коул. - Сними куртку.
Я услышала звук рвущейся ткани и ощутила давление на ноге.
- Сейчас, может, будет немного больно, - предупредил Коул.
Тогда началась настоящая боль. Словно ко мне прижали раскаленную кочергу, и мышцы ног зажарились до костей.
Я закричала и завертелась, пытаясь отдернуть кочергу и освободиться.
- Ник! Сиди смирно.
Я снова закричала и отрицательно покачала головой. Две руки схватили меня за плечи, и я услышала голос Коула.
- Ник, открой глаза. - Я сделала это. Лицо Коула было очень близко ко мне. - Хочешь, чтобы боль ушла?
- Коул! - воскликнул Максвелл откуда-то позади него.
Коул продолжал смотреть на меня, покачивая головой.
- Не тебе решать, Макс.
- А как же разоблачение? - настаивал Максвелл.
- Хватит, - прорычал Коул. - Сработает.
Максвелл больше ничего не сказал. Я едва могла держать открытыми глаза, боль в ноге, размывала все остальное, но Коул не позволил мне двигаться.
- Ник? Ты хочешь, чтобы я помог тебе с болью?
Я кивнула, держа закрытым рот, чтобы не закричать.
- Скажи. Скажи мне, что ты хочешь.
- Пожалуйста, - попросила я, а потом ахнула и попыталась схватиться за ногу, но Коул остановил меня. - Пусть боль уйдет.
Коул наклонился еще ближе, и в какой-то момент я подумала, что он хочет поцеловать меня, но у меня не было сил, чтобы отвернуться. Его губы так и не коснулись моих. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, с которым самые острые кромки боли в ноге рассеялись.
Он сделал еще несколько глубоких вдохов, каждый из которых уменьшал боль, как если бы меня укусила змея, а он высасывал яд. Я, наконец, смогла дышать не морщась, и когда Коул спросил, как я себя чувствую, я смогла только ответить:
- Продолжай.
Сейчас.
- Итак, у него были наркотики или что-то подобное?
Я покачала головой.
- Наркотики - всего лишь слух. Он.. - я не могла закончить. Говорить это вслух труднее, чем я предполагала, и это только часть всей истории. Я хотела сдаться.
- Скажи мне, Бекс. Продолжай.
- Он вроде как поцеловал меня, и унял боль. - Я пропустила часть о веке под землей. Я понимала, как Джек среагирует на эту небольшую часть головоломки. - А теперь я умею делать тоже самое. Но мне это не нужно. Я могу выжить без этого.
Мы сидели в тишине в течение нескольких минут. Я не могла смотреть на Джека, так что я глядела в окно. Сегодня вечером не было звезд, или, возможно, облака закрывали их.
- Это такая метафора? Ты запутываешь меня?
- Нет.
- Тогда покажи, - настаивал Джек.
Я дернула голову, чтобы посмотреть на него.
- Что показать?
- Поцелуй меня.
- Нет, - я не осознала, что затаила дыхание, пока не выдохнула. - Не могу.
- Ты должна.
- Почему?
Он пожал плечами.
- Не знаю. Может быть, это поможет мне понять. Если бы я не почувствовал это раньше, я бы не поверил твоим словам. Сделай это снова, чтобы я понял, что все это не странный сон.
Я покачала головой, но почувствовала, как сдаюсь. Я хотела уступить
- Я не буду целовать тебя.
- Но...
Я подняла руки вверх.
- Я могу показать, не целуя тебя. Я так думаю.
Это, казалось, удовлетворило его.
- Ладно.
Я думала о том, сколько раз я возвращалась. Сколько раз я наполняла свою душу. Она была далеко не полной, но, наверное, этого было достаточно для того, чтобы я пробовала Джека и не потеряла бы контроль. Джек сделал движение, чтобы сократить расстояние между нами.
- Не надо, - сказала я. Он замер. - Не приближайся.
- Почему ты так волнуешься, Бекс?
- Потому что мы должны быть в состоянии остановиться. Тебе будет лучше. Ты почувствуешь, как все беспокойство исчезает.
- А что ты почувствуешь?
Я почувствую себя, как голодный человек, который наедается на празднике. Но я не сказала ему это.
- Закрой глаза и не двигайся.
- Ладно.
Я подвинулась к нему и наклонилась вперед, двигаясь как можно медленнее. Джек оставался совершенно неподвижным. Когда мои губы были несколько дюймах от его рта, я сделала вдох и сосредоточилась на принятии энергии, которая была передо мной, и потянула ее внутрь. Казалось, что теплый, заряженный воздух наполнил мое горло, заменив холодную пустоту внутри меня.
Его глаза распахнулись. Мы смотрели друг на друга в течение нескольких долгих секунд, пока я продолжала втягивать его эмоции. Остаточную боль, в основном. В основном из-за разбитого сердца. Она была на поверхности. Негативные эмоции всегда присутствовали. Вот почему Жертвы продолжали возвращаться к нам. В начале, это чувствовалось, как освобождение.
Я почувствовала, что получила первые капли влаги от кого-то еще. Джек наклонился еще ближе, и я отпрянула обратно, пока не оказалась снова возле стены.
- Ты это почувствовал? - спросила я.
Джек сжал губы и кивнул один раз.
- Прости, - сказала я. - Знаю, это не проясняет для тебя ничего.
Он посмотрел в пол.
- Что ты такое, Никки?
Никки? Он давно так меня не называл.
- Не знаю, - поморщилась я. Правда не помогла нам с Джеком. Я ощущала пространство между нами. Я теряла его.
Все еще смотря вниз, он сказал:
- Думаю, тебе следует идти.
Джек боится меня.
Я подошла к окну и вылезла на улицу.
Cейчас.
