Его глаза чуть ли не насильно выпихивают меня за дверь. Не трудно догадаться, что получилось. Он не предупредил ее, что пьянствует сегодня вечером. Скорее всего, наплел ей какую-нибудь совершеннейшую чушь, и она за милю почуяла неладное. Поэтому заявилась к нему домой, под каким-то идиотским предлогом на тему свадьбы – ищейка, ёптыть. Едва ли она одобрит походы в Сеффи-Парк, леди ниибацца Пенелопа. Сочтет личным оскорблением. Она бы предпочла выгул на какое-нибудь претенциозное шоу, напичканное местными знаменитостями, футболистами и их шалавами в кожаных куртках, которые рискуют в своих кожаных куртках отморозить пластмассовые буфера. Обнаружение его здесь при полном параде сравнимо с искрой, воспламеняющей костер сумасшедшего скандала. Обнаружение здесь меня, разряженную под вамп, эквивалентно падению атомной бомбы. А разве мистер Кили только что не сказал обо мне «наша Милли»? Прелесть! Моя Святость заклинает меня двигаться к выходу, немедленно и поспособствовать смягчению его наказания. Но у моего Иуды планы иные.
– Я же даже не поздоровалась с твоей мамой, – заявляю я со всей застенчивой невинностью, что только есть во мне.
Стиральная машина замедляет обороты..
– Яэто сделаю. А ты ДАВАЙ ТОПАЙ К МАШИНЕ.
Цикл завершается, и в кухне водворяется тишина. Тихий гул из телевизора не в состоянии заглушить тираду Джеми. Мистер Кили недовольно хмурится.
– Извиняюсь, – говорит он, снижая тон до еле слышимого шепота. – Я не собирался кричать. Просто я сержусь на Билли. Вот и все.
На улице сигналят, и я обнимаю мистера Кили на прощание, стараясь, чтобы мои оптимистические сентенции на предмет грядущего алкогольного марафона были услышаны на кухне. Он крепко сжимает меня и отпускает с кающейся улыбкой. Я гляжу на Джеми. Виноватость струится по его лицу. Обиженно фыркаю в его сторону и направляюсь к двери.
Поздно.
В гостиную вваливается Энн Мэри в белом фланелевом халате. Последовательной сменой монтажных фрагментов ее лицо переходит от шока к изумлению, а потом к бешенству. Она выпучивает глаза на Джеми, затем на меня, затем обратно на Джеми. Я улыбаюсь в ответ, антагонистично. Чопорно, она усаживает себя на диван, продолжая удерживать взгляд Джеми, рот ее сжат в узкую щель. На тот самый диван, где мы с Джеми столько ночей провели, лежали, свернувшись клубочком, смотрели видео, пили винище из стаканов, спорили о невозможности моногамии, смеялись, мастерили самокрутки, пытались растянуть ночь навечно. Я ни разу не встречалась лицом к лицу с Энн Мэри у семейства Кили. Я всегда думала, что эта ситуевина огорчила бы меня. Оказалось, нет. Не меня, по крайней мере. Если кто тут обиженный, так это она. И не такая она хорошенькая, как я ее запомнила. Без косметики и сияния уложенных волос, она ничто. Второй сорт, если разобраться.
Миссис Кили появляется с сантиметром, широкая улыбка застыла на ее материнском лице.
– Привет, Милли, солнышко. Я подумала, это тебя мне там было слышно. Подумала, с ума сойти!
– Здравствуйте, – говорю я и чмокаю ее в щеку. – Мы едем в город, и по дороге просто заскочили за Билли, но он уже ушел.
– Он нам ничего не говорил, да, Энтони? Просто забежал, видит, мы по уши ушли в свою свадебную чепуху, и ускакал! Я налью тебе выпить?
– Я уже предлагал, – замечает мистер Кили. – На улице такси ждет, пусть они идут?
– Да, давай, Джеми, – говорю я, дергая его за руку. – Такая возможность выпить, а ты ее у меня отнимаешь.
Энн Мэри таращится на него, не в состоянии догнать, что здесь происходит. Я счастлива. Он высвобождается от моего захвата и наклоняется поцеловать ее. Она отодвигается.
– Смотри – почему бы тебе сегодня не остаться здесь? -мягко предлагает он. – Я быстро. Дождись меня.
– Не беспокойся за нее, сынок. Вечером мы будем смотреть «Ки Ларго», после того, как я закончу подгонку, правда, зайка? Идите, гуляйте, раздолбай. Ну, вперед!
Энн Мэри выдавливает из себя улыбку для миссис Кили, потом стирает ее, когда поворачивается обратно к Джеми.
– Приятно повеселиться с приятелями, Джеймс, – шипит она, нажимая на слово «приятели».
– Мы обязательно.
Я обнимаю на прощание мистера и миссис Кили, щиплю Энн Мэри за щечку. Она в полном ступоре, чтобы останавливать меня.
Миссис Кили умильно и самозабвенно улыбается на наш дуэт, но ее муж врубился в ситуацию.
– Хорошо погулять, – говорит он, пряча улыбку в усах. -Молодость бывает раз в жизни!.
О да, мистер Кили, но если бы вы только знали, какое счастье вы мне доставили!
На улице малолетки успели раствориться в ночи, но костер до сих пор гудит в металлическом барабане. Мы возвращаемся к такси, бок о бок, в молчании, но едва я хочу открыть дверь машины, как Джеми кладет руку мне на плечо и разворачивает меня.
– Смотри, насчет только что…
– Проехали.
– Нет, хватит, дитенок, давай договоримся, прежде чем мы поедем в город.
– Не о чем тут договариваться. Я нормально. Честно. Син стучит костяшками пальцев по окну, к уху его прилип мобильник.
– Давай забудем, Джеми. Хватит. Мы и так заставили ребят ждать.
– Пойдут на хуй. Безмозглые мудозвоны. Так сигналить в это время вечером.
