— Эй! Ушлепки! — мой голос был почти неразборчив, я старательно «зажевывал» слова. Но злость в моем голосе звучала отчетливо. Ее я подчеркнул, выставил напоказ. Как и почти пустую бутылку самогона, зажатую в руке — Клоуны! Кто тут тупой, а? Ты меня тупым назвал?
Молодой обернулся сразу. Старший чуть позже, поворачиваясь с нарочитой неспешностью. Я пошатнулся. Баск вцепился мне в плечо, потянул назад, умоляюще забубнил:
— Оди… не надо, Оди. Они пошутили. Просто пошутили. Чего ты завелся?
— Они ее тупой назвали!
— Не надо, Оди. Пошли.
— Он точно тупой — уверенно заявил молодой сверля меня угрожающим взглядом — Клоуны, говоришь? Ушлепки? — его взгляд скользнул по потолку. И над нами с гудением проехала полусфера.
Услышавший ее Баск всерьез запаниковал, начал дергать с утроенной силой, торопясь увести своего пьяного придурка друга пока его не изувечили. В руке молодого сверкнул нож.
Левша. Нож держит неправильно. Стойка неправильная. Да стойки вообще нет. Зато челюсть выпячена так, что можно под ней от дождя прятаться.
— Сюда иди — велел он, приглашающе взмахнув ножом — Что ты там вякнул?
Глянув в свою очередь на потолок, я сжался и попятился. Нервно улыбнулся, оглянулся. Этого достаточно. Стоит оглянуться — и большинство решит, что ты ищешь путь бегства. Еще шажок назад. И крепкая рука схватила меня за плечо, дернула, перед глазами заплясало лезвие ножа:
— Протрезвел что ли? Я тебя, сука, слепым сделаю! Нож в глаз воткну и проверну! Проверну, сука! Глаз твой гребаный с мясом выверну и сожрать заставлю! Ну?! Ты ведь наехать хотел? Так продолжай! Раз начал — заканчивай.
— Уже можно, командир — выпрямился Баск, возвращая лицу обычное выражение.
— Ага — сказал я и глянул на молодого, что еще ничего не понял — Эй. Ладоса я убил. Таблеток не будет.
Орк застыл. Выпучился. Не осталось ни малейших сомнений — он в курсе, кто такой Ладос и о каких таблетках идет речь.
— Вы его… ЫК!
Шило вошло в левый глаз. По рукоять. По ней я и добавил резкий удар основанием ладони, вбивая рукоять следом за жалом. Перехватил начавшую обмякать ладонь, забрал нож. Молодой почти умер, но еще стоял. Только-только начали подгибаться ноги. Обогнув его, прыгнул к старому, шагнул мимо, на ходу нанося удар рукоятью ножа по основанию черепа. Удар несильный, но резкий. Орка «выключило», он сунулся вперед, метя лбом в пол. Я поспешно подхватил, удержал. Лбом в пол нельзя. Пока что. Уложив, схватил его за ноги, потянул за собой, стараясь догнать Баска, тащащего труп. Будто в догонялки играем…
Добежали до перекрестка, круто свернули налево, промчались сорок шагов по двадцать девятому и залетели на девяносто седьмую тропку. Тут уже ждала Йорка, держащая наготове смотанные с лямок метровые отрезки веревки. Передала веревку мне и побежала к дальней стороне коридора. Чтобы загодя предупредить о прохожих. Середина ночи, тут безлюдно. Но фактор неожиданности исключать нельзя никогда.
Только начал связывать руки старому, как внезапно задергался в агонии молодой. Живучий…. Шило пробило ему тоннель в мозгу, а он продолжает ногами дрыгать. Да агония ли это? Он пытается встать. Навалившись, сжал руки на горле, придавил весом своего тела. Баск, ощупав лицо жертвы, воткнул шило во второй глаз.
— Дави!
Он надавил всем весом, утапливая шило в черепе. Брыканье затихло. Ну не глотку же резать? Я уже устал от крови отмываться. Вернувшись к старому, на этот раз без помех связал его по рукам и ногам. Облегченно выдохнул — эта часть задуманного прошла успешно. Баск задумчиво сидит над мордой дохлого орка — размышляет как сподручней шила из глазниц добывать. А их ведь еще протирать надо…
Ткнул пальцем орку в точку между носом и верхней губой. Ноль реакции. Нажал сильней. Ноль реакции. Распрямил его левую кисть, уложил на пол. Что есть мочи долбанул по ногтю левого мизинца рукоятью ножа. Хрустнуло.
— А-А-А!
— Доброе утро, проводник — улыбнулся я безумно выпученным глазам.
— Дай жить!
Ему удалось меня удивить, признаю. Я ожидал угроз или мольбу. А тут странное, но очень искреннее «Дай жить!». Звучит как требование замешанное на безумном желании не умирать. Какое-то местное универсальное выражение?
— Да живи на здоровье. Ответишь на все вопросы, проведешь куда надо — и вали на все четыре стороны, гоблин. Как тебя зовут?
Баск понял, что испачкаться все же придется и с сокрушенным вздохом принялся ковыряться ножом в глазнице дохлого орка. Дело непривычное, а он слепой… получалось с брызгами, звуки доносились мерзкие, глубоко ушедшее шило покидать теплую и влажную мозговую норку не хотело, зомби прилагал все больше усилий, сослепу наклонившись слишком сильно и почти касаясь ужасных ран носом. Со стороны и не понять, чем занят зомби — шило достает или свежие мозги высасывает через трубочку. Старый орк, увидев все это прекрасно освещенное безобразие, часто закивал, выражая полную готовность к сотрудничеству.
А какой у него выбор? Глупо думать, что его кто-то испугается или не захочет причинять ему излишнюю боль — вон наглядный пример на полу коридора с выпотрошенными глазницами валяется.
— Куда шли?
