Тренировки я завершил за километр до места работ, давая бойцам отдых. Останавливаться не планировал, но Баску пришел игровой вызов, и мы задержались на двадцать с небольшим минут, пока зомби сражался с системой в быстрые шахматы. Снова я заметил — во время любой игры мрачное лицо Баска преображалось. Зомби улыбался. По завершению игры — в пользу Баска, хотя по совету комментирующей ход игры Йорки он сделал неверный ход и его не продул — мы двинулись дальше. По пути купили три бутылки воды, в каждой растворили по таблетке энергетика и изотоника. К моменту прибытия на место почти все выдули.
Заляпанный серой слизью памятный мне зал…
Бросая бутылку с остатками заряженной воды в жадно подставившего руки лысого гоблина, я задумчиво оглядел фронт будущих работ. Мы полурослики. И рабочая норма возросла — как и плата. Сегодня нам предстоит потрудиться, но кто сказал, что нудную работу нельзя превратить в тренировку?
Не просто в тренировку — это будет ад. Незаметный ни для кого кроме нас.
Подсчитав количество ведер на рыло, выстроил всех цепью, позаботившись, чтобы нам с Баском достались отрезки примерно по двадцать шагов, а Йорке пятнадцать. Мы получили ведра, и работа началась, продвигаясь строго по моей методике.
Йорка наполняла ведра серой массой и тащила до Баска, морщась от боли в ладонях и плечах. Баск доносил ведра до меня, ставил на пол, каждой рукой поочередно, перекашиваясь, постанывая от дикой натуги, выживал по разу ведро над головой. Я оттаскивал ведра до конечной остановки, тоже выжимал их над головой и ставил на конвейер. Получал пустые ведра, отдавал Баску, а тот относил их Йорке, что уже успела поднести два полных ведра. Она единственная не выжимала полные ведра — не хватало сил. Поэтому я заставил ее поднимать над головой ведро наполненное на треть. Когда подобным образом мы загрузили на конвейер шестьдесят бревен, я чуть поменял тактику — теперь мы с ведрами приседали по два раза, прежде чем передать груз другому. Начались падения. Но еще до этого каплющая с ведер слизь успела нас изрядно заляпать, так что я не переживал. После ста пятидесяти перенесенных бревен и трехсот приседаний — пятнадцатиминутный перерыв. Усевшись на пол, мы дружно уставились в противоположную стену и всю четверть часа молчали, прислушиваясь к затихающей боли в плечах и бедрах. Примерно на десятой минуте отдыха к нам подошел заносчивого вида гоблин в зеленых шортах и большой ему красной майке. В руках тяжелая дубина. Под потолком пусто — полусфера укатила минуты на три.
Гоблин в красной майке начал резво. Кивнув на стоящих чуть позади двух дружков, неожиданно с силой шлепнул себя по паху ладонью, топнул, едва не поскользнувшись в луже и спросил, уперев руки в бока и покачивая свисающей спереди дубиной.
— Знаете кто я, а?! А вы кто — знаете?
— Ты тот, кто сейчас снимет свою майку и протрет ею каждому из нас ботинки — ответил я — Мое имя — Оди. Это Йорка. Это Баск.
— Э… — сказал гоблин.
— Заткнись, придурок! — рявкнула Йорка — Снимай майку и чисти, сука! Если я встану… лопнуть и сдохнуть!
— Э…
— Когда я поднимусь, то помещу твою голову в ведро со слизью и подержу ее так ровно две минуты — спокойно сообщил зомби — Ты испортил мне отдых…
— Да я просто спросить хотел! — очнулся от ступора гоблин и попытался исправить ситуацию.
За его спиной уже никого не было. Друзья оставили его. Поняв это, он окончательно сник и попытался еще раз:
— Хотел спросить про… — и вот тут-то его и заклинило. Что он хотел спросить? Как пройти к уничтожаемой прямо сейчас музейной экспозиции Гиблого Моста?
Стоило ему это понять, и он содрал майку, упал на колени и уронил красную тряпку на мой правый ботинок. Им я его в харю и ударил. Всей подошвой и со смаком. Отлетевший гоблин шмякнулся в лужу, сжался, заскулил, закрывая разбитое лицо. Повисшая на локте красная майка быстро серела, а пальцы гоблина наоборот краснели — еще один разбитый за сегодняшнее утро нос.
— Еще раз узнаю, что пытаешься делать свою работу чужими руками…
Договаривать я не стал. Гоблин все понял правильно. Поднявшись, пару раз кивнул и, старательно не смотря в нашу сторону, торопливо убрался прочь.
— Что за гребаные странные жесты? — вопросил я у зала серой слизи.
Зал остался равнодушен к моему вопросу. Как и бойцы, что начали с кряхтеньем подниматься. Встал и я, пару раз присел, чтобы разогнать застоявшуюся кровь. За следующий час мы успешно завершили задание, хотя мне пришлось попотеть, показывая членам группы как правильно ползти в грязи, толкая перед собой тяжелый груз. Я был добр и ползком мы доставили только тридцать ведер.
В зал зашли чистые аккуратные полурослики, а вывалились из него… безликие порождения слизи изрыгающие забористый мат.
Баланс: 1628.
Требуется незамедлительное принятие душа.
Кто бы сомневался…
Пока принимал душ, глядя на утекающие в решетку потеки слизи, думал над страннейшими жестами.
Они странные? Или я раньше с таким не сталкивался и поэтому мне они кажутся странными?
Или первобытными?
