– Нет никакой группы. Есть один командир. Жесткий и четко знающий чего хочет. И я видел его. В этом нет сомнений. Вопрос в другом – как он контролирует зомби? Эта гниль… она поражает мозг, верно?
– Да.
– Превращает милых добросов в алчущих крови упырей. Они получают быстроту, силу, выносливость, живучесть. Но при этом многое теряют.
– Они превращаются в животных – пифия оторвалась от созерцания своего бокала – Теряют дар речи, теряют разум.
– Ой ли?
– Ты же видел их. Ты сражался с ними.
– Он их как-то контролирует – повторил я – Причем во множестве аспектов. Он такой же лидер как ты, как я. Он обучает своих бойцов, снаряжает, назначает посты и ответственность, задает ограничения. Причем ограничения жесткие – сражаться только голыми руками, большую часть добычи не жрать на месте и не рвать, как того требуют их инстинкты, а калечить и тащить к корпусам – на прокорм сидящим в вечной обороне солдатам. Как он это делает, пифия? Не через электронику. Система ведь не настолько тронутая, чтобы позволить одному зомбаку контролировать других? Да и будут ли следовать письменным приказам зомбированные добросы? Нет… тут что-то другое. Но что? И почему у него светятся глаза? И почему многие низшие так любят сочную свининку?
– Последнее щас о чем?
– О прошлом – отмахнулся я – Просто усталые размышления вслух. Подумай и ты на досуге, Кассандра. И ты, Козгар. Как Хозяин Зомбилэнда контролирует своих солдат? Если мы поймем это – то может сможем и помешать этому.
– А может синий свет лишает хозяина власти над зомби? – неожиданно произнес Козгар – И зомби снова становятся… зомби… Тоже ведь как бы обнуление…
– Может и так – кивнул я – Это тоже прорвет надувшийся гнойник. Но общая смерть от выжигания мозгов – лучше!
– Чем лучше?! – рыкнула зло Кассандра – Охренел?! Ты прямо мечтаешь о самом мрачном развитии ситуации, да? Прямо рвешься сдохнуть?! Смотри – накликаешь! Тьфу… что-то мне не веселее ни черта! Может у тебя есть мысли повеселее?
– Подумай о контроле – повторил я.
– Да подумаю! И даже помолюсь сегодня Матери.
– На это и намекаю – кивнул я – У нас мало времени. Если система покажет тебе что-то реально стоящее касательно способов зомбо-контроля – это резко повысит наши шансы не сдохнуть.
– Зомбо-контроля… ты все время думаешь только о деле, гоблин? Ладно… я выжму себя, выложусь, но добьюсь чего-то хотя бы отдаленно внятного от Матери. О чем еще думаешь, гоблин?
– Много о чем.
– Например?
– Что сейчас не делают сурверы из того что должны делать?
– А?
– Это очевидно. Бункеры сурверов окружают больничные корпуса. У каждого сурвера какая-то странная зверушка причем передающаяся по наследству. Это не может быть просто так. В чем предназначение сурверов? Их ведь для чего-то запихнули себя – и я уверен, что это как-то связано с надувшимся гнойником.
– Это бред.
– Может и бред. Может и нет. Мне нужен сраный плюшевый медвежонок.
– Я жду вестей с тем же нетерпением. Но не могу понять, чем тебе поможет игрушка. Ты держишься за соломинку.
– Я держусь за плюшевую лапку предателя – возразил я.
– Ого – разинул рот Козгар – Аж сон с меня слетел… медвежонок – предатель? И кого предал он? Погоди угадаю – своего хозяина?
– Верно.
– Почему? Откуда уверенность?
– Не уверенность – покачал я головой и допил коктейль – Просто догадка.
– Откуда? – в глазах пифии ярко горели искры любопытства – И с меня сон слетел. Почему ты так решил?
– Я видел бункер Джона Доуса.
– Все мы видели их. Внешне бункеры немного отличаются. Ну и окружением. Бункер с русалкой – на островке, например. Надо же ей где-то плавать и скрипящим хвостом брызги поднимать… И что?
– Бетонная таблетка утопленная в земле. Выдвигающийся металлический бронированный лифт. Камеры внешнего наблюдения.
– И что?
– Как Однар вскрыл бункер? Чем? Волшебным хером ткнул и охнувший от кайфа бункер отворился?
– Там была война! Воодушевленные толпы зашли в…
– Какие толпы?! – поморщился я – Ну предположим система ступила. И раза три-четыре запустила в Зомбилэнд по пятьдесят мятежников. Итого двести рыл. Хорошо. Пусть триста – если система вообще в тот день не наблюдала и не удивлялась странному кипешу и бурлению дерьма. Триста гоблинов в Зомбилэнде. Половину отсекаем – это неудачники, завтрашний корм для зомби, что так и так подохнут по неумению и слабости. Осталось полторы сотни плюс отряд Однара. Дальше что? Пробиваясь сквозь зомбаков – ранды и аймы там точно были – они, теряя по чуть-чуть бойцов, дошли до первого бункера. И?
– Что и?
– Это я спрашиваю. И? Насколько хозяин бункера должен быть тупым, чтобы запихнуть свою суицидальную жопу в лифт и подняться наверх?
– Там была бомба!
– Я сам не видел. Но речь вроде о том, что бункер от взрыва как бы просел. И там теперь затопленная скорбная впадина…
– Да.
– Но крыша цела? Ведь в бункер не залезть…
– Ну… я не копала. Кому это надо? И кто рискнет? Другие сурверы считают это место могилой павшего собрата и регулярно просят отнести туда цветочки, консервы и прочую мелочь. Может и цела крыша. Ты к чему?
