Анет кинулась к проему и резко затормозила, понимая, что бежать от судьбы бессмысленно. Зачем пытаться скрыться от Хакисы сейчас, если потом придется искать Повелительницу тьмы, чтобы убить. Не легче ли закончить все здесь, раз уж чернокнижница соизволила появиться сама. Анет медленно повернулась к стоящей на зеркальном полу ведьме и с легкой улыбкой на губах сделала шаг вперед, навстречу своей противнице, стараясь не обращать внимания на вопли и крики Стика и Дерри, которые пытались пробиться к «Кругу вечности» теперь уже на пару. Восковое лицо Хакисы не отражало никаких эмоций, она сделала едва заметный жест рукой, повелевая своим слугам взять стоящую в нескольких метрах безоружную и практически беспомощную против них Хранительницу, но путь темным воинам преградила возникшая из воздуха Ларана, для которой магическая преграда просто не существовала. Демоны смерти на секунду замешкались и с тихим стоном отступили, не реагируя на жесты Хакисы, приказывающей схватить жертву. Воины преисподней корчились от боли, шипели, но не двигались с места, не желая идти на верную гибель.
— А ты не так проста, Хранительница, — громкий, холодный, властный голос Хакисы пробирал до костей, и Анет поежилась, волна страха накрыла девушку с головой, вгоняя в панику. Повелительница тьмы, как и в первый раз, произвела на Анет очень сильное и гнетущее впечатление, которое усиливал появившейся вместе с колдуньей в «Круге вечности» запах тлена. — Ты умнее, чем я думала, — продолжила Повелительница тьмы, спустя какое-то время, но тебе нет смысла тягаться со мной, девчонка. Сначала, я хотела продлить тебе жизнь. Сделать одолжение, заняв твое тело. Мы могли бы существовать вечно вместе. Я и «Низвергающий в бездну», но ты слишком достала меня. Ты успела активировать артефакт, и он не сможет теперь послужить мне, как я это планировала, значит, придется убить тебя и подыскать себе другое, более достойное тело.
— Попробуй, — тихо произнесла Анет, стараясь скрыть дрожь в голосе, и начала медленно читать заклинание изгнания нежити. Слова сами всплывали в голове, сила «Круга вечности» мощным потоком текла по венам и вырывалась из кончиков пальцев, устремляясь в сторону Хакисы. Повелительница тьмы воскликнула что-то нечленораздельное и вскинула руки в ответном жесте. Два мощных потока силы сплелись в туманном вихре, скрыв ведьму и Анет.
Дерри припал к прозрачной магической преграде, тщетно силясь что-нибудь разглядеть в сверкающем мареве в центре «Круга вечности». Сзади, в спину Дерри пыхтели Стик и Дир. Они переругивались, но тоже ничего не могли разобрать в тумане. Маг безуспешно отмахивался от пытающегося просунуть морду вперед, гхырха. На какое-то время туман в зале посветлел, и Дерри увидел, как поток силы вихрем закручивается вокруг фигуры Хакисы, буквально стирая ведьму из этого мира, начиная с ног и поднимаясь все выше и выше, к лицу. Когда от повелительницы тьмы осталась только верхняя половина, похожий поток устремился и к Анет. Исчезли, две женские фигуры практически одновременно во вспышке сверкающего света. Вместе с ними пропала и магическая стена, отделяющая ребят от «Круга вечности». Дерри с рвущимся из глубины души криком «Нет!» вылетел в центр зала. От Анет не осталось ничего. Дерри тихо опустился на пол, закрывая глаза руками. Все его сомнения, надежды и мечты, его желание держаться от девушки подальше, его стремление быть с ней вечно — все испарилось и рассыпалась в прах. Судьба в очередной раз распорядилась по-своему, не дав сделать ему свой выбор. Лайтнинг сидел не шевелясь, сзади тихо подошел Стик и положил руку на плечо Дерри. Герцог, пожалуй, единственный, кто понимал горе ксари в полной мере. Стик один догадывался о его чувствах. Нет, кроме Стикура было еще одно существо, которое могло разделить страдание Дерри — гхырх. Зюзюка с грустью в своих огромных черных глазах немного посидел поодаль от ребят, безуспешно пытаясь уловить свою хозяйку: ее мысли и чувства, но впервые с того момента как он встретил Анет не смог почувствовать ни малейшего намека на ее присутствие. Гхырх опустил мордочку, понимая, что он снова остался один и медленными тяжелыми прыжками направился к выходу их катакомб.
Дерри увидел исчезающую розовую тушу, вскочил на ноги и крикнул вдогонку зверю:
— Хоть ты не уходи что ли, ты ведь единственное, что от нее осталось!
Зюзюка остановился и медленно развернувшись, направился в сторону ксари, тихонько попискивая. Дерри запустил руки в пушистую шкуру зверя и впервые за много лет заплакал, тихо пообещав гхырху:
— Ты теперь будешь есть столько нямы, сколько сможешь.
Следующий час просидели молча. Радости от победы не было. Все вспоминали Анет, и никто не мог понять, что с ней произошло, и почему она исчезла вместе с Хакисой. Дерри, пожалуй, мог бы просидеть, так, прижавшись к стене вечно, но у остальных были свои планы. Первым подал голос Калларион.
